— Там не дикари, — сказал Имрын. — Там обычные люди. Семьи. Они вынуждены выживать, а мы — их единственная возможность это сделать.
— Вам пора готовиться. Переход уже устанавливают. Быков выдаст экипировку и оружие.
— Благодарю, — Матвей посмотрел на каждого из присутствующих. — Сделаем всё, что в наших силах.
В соседнем кабинете им выдали утеплённую форму: бело-голубые камуфляжные штаны, комбинезон, флисовую толстовку, куртку-подстёжку, верхнюю куртку с автономной системой обогрева, балаклаву, оранжевые очки, шапку-ушанку, серые сапоги с натуральным мехом и такой же системой обогрева, что и в куртке, варежки поверх перчаток. Обмундирование позволяло больше суток находиться при температурных условиях до минус шестидесяти и избежать обморожения. Переработанный с помощью технологий из дружественного объекта белого цвета автомат отлично работал в условиях жёсткого холода. Матвей был готов. Имрын подошёл к нему и сказал:
— Я верю в один ритуал. Ты не против, если мы его проведём? Моя жизнь будет зависеть от тебя и наоборот.
— Конечно, не против, — ответил Матвей, хоть и немного удивился.
Имрын на эвенском языке прочитал молитву, потом большим пальцем правой руки дотронулся до своего лба и следом до лба Матвея.
— Мои глаза — твои, — сказал он, — твои глаза — мои. Я слышу то, что слышишь ты, ты слышишь то, что слышу я. Мы разные, но часть целого.
После Имрын вышел из комнаты, оставив немного ошарашенного Матвея одного, затем заглянул в дверной проём, улыбнулся и спросил:
— Ну, ты идёшь, нет?
***
— Почему мы не можем отправиться на снегоходах? — спросил Матвей, пока их везли к точке перехода.
— Опасно, — ответил Имрын. — Снег там везде, а вот земля под ним — нет.
— Прекрасно, — пробубнил оперативник, — просто прекрасно.
Солнце медленно поднималось из-за горизонта, когда они прибыли к месту назначения. Матвей ожидал, что локацией расположения квантового туннельного перехода будет какая-нибудь полянка среди леса или здание заброшенного склада. Каково же было его удивление, когда они прибыли к двадцатидвухэтажному жилому дому, на крыше которого возвышался подиум высотой около шести метров — расстояние от земли в родном объекте Матвея до снежного покрова К6-01. К горлу подступила горечь, в голове промелькнула мысль, на грани с панической, что он может остаться на снежном кладбище, сделав один неверный шаг, и больше никогда не увидеть Элину. Хорошая мотивация остаться в живых.
По стальной винтовой лестнице напарники поднялись на подиум. Переход уже был открыт, два сотрудника технической службы контролировали его стабильность. С той стороны неоново-голубой пелены врывался порывами ледяной ветер. Первым прошёл Имрын. Матвей повертел головой, добиваясь облегчающего хруста в шее, и проследовал за ним. Сутки на поиски Берзина. Переход будут открывать каждые три часа в надежде на возвращение троих.
Солнце слепило, отражаясь от чистого белого снега. Знание того, что сейчас лето, моментально улетучилось из головы Матвея. Ему казалось, он попал в Арктику, а не находится недалеко от Москвы.
— Бункер в той стороне, — сказал Имрын по передатчику, схожему с ларингофоном. — Пройдём здесь. Надевай снегоступы.
Снегоступы щелчком закрепились на ботинках Матвея.
— Шагай аккуратно, — продолжил напарник. — Старайся не наступать на мои следы. Если повезёт, доберёмся за пару часов.
Вокруг — снег и небо, черта между ними делила мир пополам. Иногда из-под снега торчали обледеневшие шпили радиостанций — где-то внизу скрыт замороженный на века город. Через полчаса они увидели первый флажок. На невысоком флагштоке посреди белого ледяного ада он развевался ярким оранжевым пятном.
— Первая отметка, — сказал Имрын. — Ещё три.
Их атаковал сильный ветер. Оперативники прошли второй флажок минут через сорок — налетевшая снежная буря сильно ухудшила обзор. В лучах солнца метель выглядела яркой стеной, норовившей со всей силы ударить. Матвей старался беречь силы, распределял каждый шаг, в голове раз за разом всплывала картина, как он теряет равновесие и проваливается в бездну. Имрын поглядывал за напарником — они были разными частями единого целого. Примерно через час Алелекэ радостно воскликнул:
— Пришли!
Металлическая дверь в землянке с мигающей в правом углу красной точкой. Ярко-оранжевый флаг развевался на невысоком, покрытом наледью флагштоке. Имрын хлопнул в ладоши, стряхивая липкий снег, и зажал большую салатовую кнопку слева. Дверной звонок.
— Имрын, — позвал в передатчик Матвей. — Вон там, видишь? Что это? Флаг?
Имрын повернул голову, заглянул за вход в бункер. Вдалеке нечётко виднелся ярко-голубой флажок — наподобие тех оранжевых, по которым шли они.
— Странно, — ответил Имрын. — Надо спросить.
Мощный засов стальной двери, отделанной изнутри мехом, открылся. Перед ними стоял мужчина в экипировке, схожей с экипировкой оперативников. Он опустил на шею платок, невнятно, через прорезь в балаклаве, вытягивая каждый звук, спросил:
— Кто такие? Мы вас не ждали.
— Это я, Имрын, — представился оперативник, дублируя слова жестами. — Этот со мной. Мы еле дошли, впускай скорей!