В мире, населённом людьми и оборотнями, Алу — выродок. Приёмную дочь правящего клана, неспособную перевоплощаться во вторую ипостась, с детства окружает лишь презрение. Но у девушки появляется шанс на новую жизнь, когда её отправляют сопровождать сводную сестру в академию магии Монтэм Сильва.Алу ещё не представляет, как много ей предстоит узнать об этом мире и о самой себе.
Дождь не прекращался уже две недели, а до отъезда оставалось всего несколько дней. Слуги в доме нервно шутили, мол, само небо оплакивает уход даксарры1 Клариссы. Но все понимали: после такого разгула стихии дороги вряд ли безопасны, а до академии Монтэм Сильва минимум неделя езды на лошадях. Я же в этом чувствовала недобрый знак — словно сам Люпус2, под чьей особой защитой находится клан Лунар, не хотел, чтобы мы вступили на этот путь.
О переменах мне сообщили спустя пару дней после семнадцатого дня рождения Клары. То, что единственная даксарра обладает стихийной ментальной магией и способна одной силой мысли двигать и разрушать предметы, было известно уже почти два года. Со временем неконтролируемые выбросы магии учащались, и каждый раз последствия становились всё более разрушительными. Придворные уже начали задаваться вопросом, почему же дакс3 Георг и дакса4 Августа до сих пор не отослали единственную дочь в академию. Но во время празднования дня рождения даксарры случился новый и самый сильный инцидент, положивший конец всем обсуждениям.
После того как Клара успокоилась, и разрушения устранили, дакс Георг позвал меня к себе. Мне очень редко приходилось встречаться с ним, и я ощущала волнение и напряжение. Сдержанно пояснив, что магические способности его дочери стали слишком опасными, он объявил главную новость — Клара отправляется для обучения в академию Монтэм Сильва, а я имею честь сопровождать её и находиться рядом до окончания курса. Также он добавил, что в связи с недавним крушением торгового корабля в клане отсутствуют редкие и очень дорогие портальные амулеты, поэтому нам предстоит отправиться на лошадях.
До сих пор не могу понять всех чувств, одолевших меня в тот момент. С одной стороны — страх: за всю жизнь я ни разу не покидала пределов земель клана Лунар. С другой стороны — предвкушение: здесь меня почти ничего не держало, лишь неоплатный долг, который я могла частично отдать, заботясь о единственной и всеми любимой даксарре. Там, где у подножья заснеженных гор притаилась академия, я могла бы оставить позади своё прошлое, наполненное насмешками и издевательствами волвов5, так и не ставших моей настоящей семьёй. Едва ли в новом месте меня встретят радушно, но благодаря разнообразию общества всегда существовал шанс получить куда меньше внимания.
Я родилась в семье оборотней-волков, увы, не обладая способностью к обращению. Редко, но такое случается. Подобные мне всю жизнь обречены ловить на себе брезгливые взгляды сородичей и выслушивать оскорбления. Волвы — консервативные потомки Люпуса, бога силы и войны. Родиться без второй ипостаси всё равно, что слепым. Вот только слепых хотя бы жалеют, а подобным мне — желают ранней смерти, дабы не позорили свой род.
К тому же в детстве я осиротела. Дакс Георг Лунар проявил сострадание и принял меня в свой клан как воспитанницу. Такое положение давало многие привилегии, однако в могущественной правящей семье я — белая ворона. Выродок. Это слово мне приходилось слышать чаще всего.
Что ж, это правда. В конце концов, волвы уважают сильных волков, а я лишь немногим лучше канемов6, нечистокровных оборотней-псов, рождающихся в результате союза волчицы и человеческого мужчины. Говорят, они прокляты самим Люпусом, чья неверная невеста променяла его на человека. За это впредь каждая отвернувшаяся от своего племени волчица не могла произвести на свет сильного волва или здорового человека. Любой такой союз обречен. Кто-то верил в проклятие, кто-то нет, но заведомо в угоду эгоистичной любви обречь своего собственного ребенка на страдания рисковали не многие.
— Алу, тебя мучат дурные предчувствия? — отвлёк меня от мыслей знакомый тихий голос мэтра7. Я обернулась через плечо и взглянула в его морщинистое лицо, на котором сверкали умом холодные серые глаза. Мэтр Лукар Вульдс был очень старым волвом, в своё время взявшим на себя всю заботу обо мне.
Дакс Георг пусть и принял меня в клан, называя своей воспитанницей, почти не уделял мне внимания. Его жена дакса Августа была добра, но спустя полгода после моего появления у неё родилась долгожданная дочь Клара, и моё воспитание практически полностью доверили мэтру Вульдсу.
Я не могла их винить. Тот порыв, благодаря которому дакс Георг решил меня приютить, давно исчез, оставив наглядное последствие поспешного решения. С одной стороны моё удочерение стало символом его доброты и великодушия, а с другой — слабостью всего клана. Пусть не по крови, но по закону я Лунар. А значит, великий и непоколебимый несколько столетий правящий клан, наконец, произвёл на свет выродка.
Окружающие всю жизнь твердили, что я недостойна такой милости со стороны дакса Георга и даксы Августы. И, молча выдерживая нападки, в душе я была с ними согласна.
