То, что он находился не в Институте, было вполне очевидно. То, что существовало не так уж много мест, где он мог проснуться голый на шелковых простынях, было еще очевиднее.
Устало посмотрев на циферблат часов, парень шумно выдохнул: еще бы, неудивительно, что он себя так чувствует, проспав всего полтора часа. Детская привычка смотреть на часы перед сном, чтобы посчитать количество времени, которое он проспит, заснув прямо сейчас, давала о себе знать и в зрелом возрасте. Алек аккуратно присел на кровати, опираясь спиной о резное деревянное изголовье, а потом медленно, будто готовя себя к тому, что ему предстоит увидеть, повернул голову вбок.
— Ух ты ж блять, — выдохнул он, не в силах сдержаться, и тут же испуганно замер. А ведь в какой-то момент он уже было поверил, что все произошедшее было всего лишь слишком красочным сном.
Но нет.
Прямо около него спал Магнус, выглядящий, как очаровательный невинный котенок. Или, скорее, как довольный, обожравшийся сметаны котяра. Легкое персиковое покрывало едва прикрывало его пах, по большей части сползя вниз, переплетаясь вокруг ног. Магнус лежал к нему лицом, и Алек жадно изучал представшую ему картину, не в силах насытиться. Ему постоянно казалось, что вот-вот маг откроет глаза и словит его в этом моменте, который отчего-то сейчас казался гораздо интимней прошедшей ночи.
Взгляд Алека проскользил по торсу Магнуса, по скульптурным, четко очерченным мышцам и гладкой идеальной коже. Магнус всегда выглядел как произведение искусства. Такое, которым невозможно налюбоваться, сколько не смотри. Такое, которое можно только боготворить, чем он и занимался все предыдущие часы.
И все же.
То, что они встретились в каком-то дурацком подвале, оказавшимся местом сборища любителей кофе и настольных игр, никак не связанном с сумеречным миром, там, куда Алек зашел по чистой случайности, завидев в низком окошке свободный бильярдный стол, говорило о многом.
Возможно, они и правда были соулмейтами и именно поэтому в каждой Вселенной Магнус так или иначе появлялся в его жизни.
У Алека было предостаточно времени на подобные размышления, но конкретно сейчас оно поджимало, поэтому охотник тихо переставил ноги на пол и поднялся, ощущая небольшое покалывание в мышцах после бурной ночи. Его одежда нашлась тут же, в весьма плачевном состоянии, но Алек забил на это, поспешно натягивая нижнее белье и запачканные непонятно чем джинсы. Рубашка почему-то оказалась под самой кроватью, и Алек, расправив ее, тут же понял, что она в буквально смысле разорвана по швам.
Воспоминания прошедшей ночи вновь вспыхнули в его сознании, и теперь он отчётливо вспомнил, как сам начал снимать ее, запутавшись дрожащими от нетерпениями пальцами в многочисленных пуговках, и Магнус, не в силах больше ждать, порвал ее прямо на охотнике.
Счастливая самодовольная улыбка расцвела на его лице. Пусть они и едва встретились, но ему уже удалось свести мага с ума, заставить его потерять контроль, отдаться своим инстинктам.
И все же, делать нечего — он просто не мог заявиться в Институт в будний день в этих жалких ошметках или вообще с голым торсом, пусть даже весеннее тепло и позволяло это. Алек засунул телефон в задний карман джинсов и замер, прислушиваясь. Дыхание Магнуса все еще было спокойным и редким, а значит, спал он глубоко.
Не так, совершенно не так, Алек планировал их воссоединение в этом мире, но выбирать не приходилось. Еще раз с щемящей нежностью взглянув на спящего мага, парень прикусил губу, чтобы сдержаться и не натворить глупостей, и вышел из комнаты. Мысли в панике разбегались, но на душе отчего-то было спокойно и тепло.
Алек легко нашел рабочий кабинет Магнуса, тихонько заходя в него. Как он и думал, кабинет не был защищен специальными чарами, так как маг жил один. Впрочем, от Алека он тоже особо никогда не запирался, делать это приходилось лишь когда у них были дети, то и дело норовившие залезть куда не следует.
Черт, их дети.
Алек встряхнул головой, пытаясь прогнать совершенно ненужные сейчас мысли. Зашел он сюда с единственной надеждой, что Магнус оставался верным самому себе, и даже в этом мире оставлял какую-либо одежду на спинке стула, подмерзая, работая по ночам. Залезть сейчас в его гардеробную, которая находилась прямо в спальне, было бы слишком рискованно, поэтому Алеку оставалось только молиться, осматривая стул и небольшой диванчик, надеясь найти здесь какой пиджак или накидку.
Напрасно.
Алек нахмурился, застигнутый врасплох, и подошел к окну. Солнце уже встало, и Нью-Йорк выглядел великолепно с двадцать третьего этажа, который и выкупил Магнус. Окно в его кабинете было просто огромное, и Алек задержался еще на минуту, не в силах оторваться от такого захватывающего вида. Подоконник, находящийся под окном, был достаточно широким, чтобы можно было прихватить с собой огромную кружку чая с книгой или плеером, и устроиться здесь на несколько часов, укрывшись теплым даже на вид, пушистым пледом.
