– Ого! – покачал головой Степа. – Директор музея сообщает, что почти в каждом населенном пункте есть своя байка, и чаще всего она основана на правде, которую за долгие годы передачи из уст в уста исказили. Возможно, в семье Капиных от женщины к женщине передавалось знание трав, разных растений, поэтому их считали ведьмами. Люди побаивались колдуний, но шли к ним, если требовалась помощь. Последняя Капина скончалась давно. Она снимала порчу, но, как все считали, могла и сама навести ее на кого угодно, заговаривала грыжу, предсказывала будущее, принимала роды.
– Многостаночница, – засмеялась я. – Торты на заказ случайно не пекла?
Степан улыбнулся.
– Об этом нет ни слова. Книга вышла после кончины последней Аполлинарии. На ней род Капиных оборвался.
– Больше в семье не рождались девочки? – предположила я.
– У знахарки была дочь, – ответил муж, – девочку, естественно, звали Аполлинарией. Куда и когда она подевалась, никто не знает. Вроде ей на момент пропажи было то ли четырнадцать, то ли пятнадцать лет. Ведьма жила обособленно, ни с кем не общалась. О дочери она, похоже, не беспокоилась, не искала ее. Возможно, знала, где та живет. Умерла знахарка вскоре после свадьбы Мирона и Анны. Тогдашний мэр устроил пышный праздник. Накрыл за свой счет столы на площади, накормил, напоил всех. Целительница неожиданно решила поучаствовать в торжестве, чем весьма всех удивила. До того дня Аполлинарию не интересовали никакие гулянки. Подошла она к молодым, поздравила их. Через пару недель одна местная кумушка пошла к целительнице и нашла ее мертвой. Никаких ран на теле не нашли. Следователь решил, что Капина от какой-то болезни умерла. Репутация у ведьмы была не из лучших, на нее неоднократно писали доносы, но никаких доказательств преступной деятельности этой гражданки не имелось. Вот тебе образец одной кляузы.
Степа открыл айпад.
– «Моя сестра никак не может ребенка родить, потому что Аполлинария ее прокляла, куклу сделала, иголки в нее втыкала. Накажите ведьму. Елена Гордеева». Участковый отреагировал. «По факту полученного заявления гражданки Гордеевой, по факту втыкания иголок в куклу для факта нерождения ребенка выяснено: гражданка Аполлинария Сергеевна Капина колдовством не занимается. Доказательств по факту втыкания иголок нет. Тряпичную куклу в отделение не приносили. Сама гражданка Елена Гордеева игрушку не видела. Апполинарию она заподозрила после разговора с гражданкой Ольгой Тебенковой, продавщицей сельпо. Тебенкова сообщила Гордеевой:
«Твою сестру доктора вылечить не могут, не знают, почему она не беременеет, ведь здоровая женщина. А я знаю, кто виноват, Аполлинария постоянно иголки покупает. Она колдунья».
По факту покупки швейного инструмента проведена беседа с гражданкой Капиной. Та сообщила, что иглы ей нужны для работы швеей».
И как тебе образчик сего эпистолярного жанра?
– Мрак, – коротко ответила я, – других слов нет. Смерть Аполлинарии сочли естественной?
– Правильно думаешь, – согласился муж, – тело нашли в плохом состоянии, родни у Аполлинарии не было, дочь ее давно исчезла, никогда мать не навещала. Ну и решили считать кончину некриминальной. Справедливости ради замечу: доносы друг на друга жители до сих пор пишут постоянно. Не продала соседка самогонку подешевле? А на тебе сообщение в полицию. Но убийств в Кустове не случалось. В основном драки, скандалы, воровство, разборки из-за того, что человек свой забор не там поставил или собака чужую курицу задушила. Белье с веревки сперли. Ничего особенного в городке не регистрировалось на протяжении многих лет. И вдруг начался всплеск смертей.
Степан допил кофе и продолжил:
– Открывает череду покойников Мирон Миронович Зотов. У мэра города случился инфаркт. Похоже, его родные не доверяли местной больнице, они вызвали «Скорую» из московского кардиоцентра. Врачи примчались за двадцать минут, но смогли лишь констатировать смерть. Вскрытия не делали.
– Почему? Когда человек скончался дома, оно обязательно, – удивилась я.
– Не всегда, – возразил муж, – если возраст преклонный или есть тяжелое заболевание, подтвержденное лечащим врачом, тогда исследование могут и не проводить. В документах не указано, по какой причине отказались от услуг патологоанатома. Предполагаю, что родственники просили не трогать покойного, а поскольку никаких сомнений в естественной смерти не было, то им не отказали. «Скорую» вызвали из столицы. А тело отправили в местный морг, и похоронами занималась небольшая областная контора. Нельзя назвать погребение Мирона Мироновича шикарным. Газета «Кустовские новости», описывая скорбный день, сообщила…
Степан опять взял планшет и начал читать вслух.
– «Около простого гроба, обитого черной материей, на стульях сидит семья. В зале несколько венков от родственников и сотрудников мэрии. Горожане несут цветы. После короткой траурной процедуры кортеж направился в Митинский крематорий. Урну потом захоронят на кладбище в Кустове в могиле родителей Мирона Мироновича».
