— Бабуля, последний вопросик, можно — совсем маленький. Скажи, почему ты об этом не рассказывала до сих пор? А?
Йесеньга пожала плечами:
— Васёк, суровая северная природа обязывает нас быть сдержанными, — она помолчала немного и добавила. — Я убеждена, что скромность — это не пустые слова, это качество, по сути присущее людям Заполярья. Да и чем хвастаться-то? Это была просто наша работа. Всего-то. За нас говорили наши дела...
«Вишну, будучи, таким образом, разъединенным и
не разъединенным естеством, духом и временем,
играет подобно забавляющемуся мальчику...»
Вишну Пурана,
I-II, перевод Уильсона
Точка отсчета
Сонный системный администратор Админ разлепил глаза и сладко зевнул. Он с хрустом потянулся, высунув из-под рыжего верблюжьего одеяла волосатые ноги. Утренний холод заставил быстро спрятать их вновь в уютное тепло постели. Он повернулся на правый бок и уставился на мигающий красный глазок в глубине пещеры. Какое-то время Админ с неподдельным интересом смотрел на него, туго соображая, в какой из четырех реальностей он оказался, но затем, пошарив под подушкой и обнаружив дистанционный пульт, успокоился, потер нос и чихнул. Действительность казалась вполне натуральной.
Беглый осмотр внешности порадовал его гуманоидной формой: белая глянцевая кожа просвечивала сквозь кучерявую растительность. Админ удовлетворенно погладил рыжую шерсть на животе и пришел к выводу: он — белый человек. Благородная отрыжка от вчерашнего подгоревшего ужина не заставила долго ждать. Что ж, приличный вид молодого мужчины не помешает, пожалуй. Повышенная мохнатость, однако, навеяла мысли о близких холодах. Он опять зевнул. Любопытно, кто посмел разбудить? Но сообразил — это был личный «гидробудильник».
Сырость ночи пробралась в помещение, несмотря на полог из шкуры. Человек оглядел жилище. Сервер исправно работал, а вот кулеры гудели, словно аэротурбины на взлете, планомерно понижая температуру в пещере.
— Что-то совсем не жарко. Где тут наши морозильные причиндалы? — он поднял пульт и переключил регулятор оборотов. — Ледниковый период отменяется!
Дигитизация — оцифровка
Планета Дзетта, открытая земными астрономами в звездной системе Тау Кита, имела в спектре поглощения воду, углекислый газ, кислород и хлорофилл. Первый беспилотный зонд, отправленный через космическую червоточину, также подтвердил наличие у нее кислородосодержащей атмосферы, открытых водоемов, пышной растительности и крупных животных. Казалось, мир благоприятствовал жизни и ждал поселенцев.
Идиллия длилась недолго, и мелкие неприятности посыпались одна за другой. Первыми быть всегда трудно, — непредсказуемые опасности могут возникать из-за любых мелочей, не говоря уже о непредвиденных поломках космического транспорта или антенн сверхдальней тахионно-туннельной связи, благодаря которой сигнал распространяется по каналам вне четырехмерного пространства-времени. Когда же по неизвестной причине не прибыл очередной корабль экспедиции, посланной осваивать новые территории, племя программистов и компьютерщиков-железячников, прилетевшее в составе первой экспедиции, оказалось на планете Дзетта в полном одиночестве. Но это было еще не все.
Однажды произошло то, чего никто из поселенцев не ожидал вовсе. По неизвестным причинам «сдохла» тахионно-туннельная связь с Землей, а орбитальные спутники не отзывались на пароли. Вот это была катастрофа — сродни концу света! И новоселы почувствовали себя робинзонами и пятницами посреди чужого мира, затерянного где-то меж звезд Галактики.
Входные данные — стагнация
Началом начал стал вопрос выживания, поэтому Админ объявил себя вождем. Чего скромничать? Он верил, что единоначалие власти – залог развития цивилизации дзеттян. Не обошлось и без жестких мер — сбережение электроэнергии, получаемой с помощью солнечных батарей, Админ возвел в ранг закона, гласившего: «Электричество —компьютерам, дрова — людям!»
Если сразу после катастрофы люди экономили привезенные продукты, опасаясь вводить в продуктовый рацион новое, то по истощении запасов, — деваться все равно некуда — и, поневоле осмелев, они стали ходить на охоту. Дзеттинская фауна состояла в основном из разномастных чешуйчатых рептилий и кожистых птеродактилей, отвратительно пахнущих мышами. Благодаря тому, что вкус рептилий напоминал мясо крабов, а птеродактилей — куропаток, экзотическое меню оказалось вполне съедобным.
