Казалось, что кружки подняты напоказ… Меня так и подмывало высказать во всеуслышание свои желания… Луис! Мне был нужен только Луис.
– У него другая женщина. Несколько месяцев подряд – все тот же голос. Он любит другую…
– Может, и не любит.
– Я хочу умереть…
– Прекрати!
– Правда, хочу… Наплевать мне на всё! Пулю в лоб, чтоб не мучиться…
– Перестань!
– Вчера я вообразила себя в больнице, на пороге смерти – и вот входит Луис… Подходит ко мне и роняет скупую мужскую слезу…
– Такие фантазии приходят только в пятнадцать лет!
– Я о таких глупостях отродясь не думала.
– Я была совсем слабая… но красивая! Красивая, незабываемая, незаменимая для него…
Жулия легонько притронулась к Кристининой руке, и я увидела, что кто-то ее заинтересовал. Это был Бету. Мне он был безразличен. Я прочла Кристинины мысли:
– У Крис, похоже, всё в порядке.
– А как же молодой человек, который появится в ноябре?
– Так еще же октябрь…
– А вот мне, кроме Жулии, никто не нужен.
У Крис и Бету что-то не клеится. Он, как учитель истории, начинает нудно комментировать последние решения конгресса. Разговор поддержала только Жулия – она ведь экономист – но, заметив скучающий взгляд Крис, перевела беседу на фестиваль танца. У Кристины, танцовщицы, появилась возможность блеснуть. Она помнила имена всех участников и получила приглашение на все три дня фестиваля.
– Боже мой…
– Что случилось?
– Смотри!
– Куда смотреть?
– На дверь.
– Боже мой!!!
Должно быть, это был Он. Я мгновенно забыла о своих страданиях, и из холода меня бросило в жар. Сердце у меня кровью обливалось, стоило мне вспомнить бессонные, безумные ночи, когда я убивалась по мужчине. Луис? Никогда!
Жулия уставилась в кружку. Ей самой не верилось, что она замужем:
– Выходит, Жука – это не тот мужчина, что мне нужен.
Кристина уже не смотрела ни на Бету, ни на кого другого:
– Вот кто должен был появиться в ноябре!
Я решила, что навсегда вычеркну из памяти Луиса.
Черные волосы и глаза. Белая кожа. Одет элегантно, нарядно. Такого красавца свет не видывал! Не такой, как, скажем, из модных журналов. Нет, это что-то совсем другое…
Оглядывая бар, на несколько мгновений он остановил взгляд на нас, потом что-то сказал официанту.
– Ждет, наверное, кого-нибудь.
– Да ну?!
– Или кого-нибудь ищет…
– Меня.
Этого самого Бету уже как будто не существовало. Никто его не замечал. Он попытался вновь привлечь внимание Крис, но она даже не смотрела в его сторону. Он встал и вернулся за столик к друзьям.
Теперь эстрада уже не пустовала. Она оказалась единственным местом, куда официант мог поставить столик для повелителя ночи, который сел, сантиметров на двадцать возвышаясь над всеми.
– Прямо не верится!
– Тебя, а то кого же!
– Это он должен был появиться в ноябре!
– Да почему в ноябре? Хоть бы и в марте, апреле, мае…
– Повелитель ночи.
Мне хотелось, чтобы он меня заметил. Всем женщинам в баре хотелось того же, но его лица не было видно из-за огромного меню. Мне хотелось броситься к нему, поцеловать и бежать с ним куда-нибудь на край света на всю оставшуюся жизнь. Я готова была стирать, гладить, готовить на него… Всё бы я делала играючи и с радостью.
Официант поставил перед ним бокал вина и столовый прибор.
– Ужинать будет.
– Один, что ли?
– Наверное…
Спустя несколько минут он уже ел салат – разноцветный, словно мои мечтания…
– Попробую заговорить с ним.
– Не получится.
– И не пытайся.
– Схожу-ка я в туалет…
Я прошла между столиков мимо того, с кем жаждала провести не только вечер, но и всю оставшуюся жизнь. Но он даже не взглянул на меня. И вообще ни на кого не смотрел. Казалось, он глядит в пустоту и созерцает нечто невидимое для простых смертных.
Туалет оказался занят. Ожидая, пока он освободится, я смотрелась в зеркало и привела в порядок прическу. Я вспомнила мамин сон, как она со своим ангелом занималась любовью в туалете на самолете…
