Холодный ветер порывами толкал принцессу в спину, пытаясь пробраться под одежду. Шарлинта поежилась и обняла сама себя руками, чтобы удержать ускользающее тепло. Амаир заметил это и опустил взгляд, возвращаясь к дровам. Принцесса скользнула в дом, едва не споткнувшись о так и оставленные в сенях продукты. Отдыхать на кровати в комнате, как предполагал Равенель, отправляя девушку с братом вперед, Лин совсем не хотелось. Значит, необходимо было чем-то себя занять, раз уж Икрей от нее сбежал. Как раз чтобы не задаваться этим самым вопросом, а почему сбежал, что ему в принцессе так невыносимо.
Шарлинта магией перенесла все продукты в комнату и провела ревизию овощей. На дворцовой кухне все было заранее вымыто, почищено, порезано, а не просто свалено в мешки, как сейчас. Но сдаваться так сразу принцессе не хотелось. Решив, что чем проще, тем лучше, Лин отыскала за печкой чугунки и железные формы, которые также пришлось хорошенько почистить. Принцессе даже интересно стало, чем руководствовался староста, выделяя для нее именно этот дом.
В самый большой чугунок отправилась мелкая молодая картошка прямо в кожуре, очищенная магией практически до блеска. Шарлинта была не против просто помыть ее, но воды в таком количестве в доме не было.
Для мяса принцесса подобрала самую большую железную форму, которую щедро смазала пахучим маслом, найденным на полочке над печью в неприглядной глиняной посудине. По-хорошему, следующим этапом нужно было вырезать с туши приличный кусок мякоти, который по задумке девушки должен был запекаться в печи. Но с какой стороны приступить к этой непростой задаче, Лин не знала. Поэтому она решила сначала сделать то, что попроще, а именно почистить побольше лука. Овощ был мелким, диким и очень жгучим. Шарлинта попробовала установить своеобразный щит из воздуха, но помогало плохо. Слезы все равно текли из покрасневших глаз.
От грохота за спиной рука принцессы дрогнула, и девушка едва не порезалась своим кинжалом. Встревоженный Икрей переступил через разбросанные по полу поленья, забрал оружие у Лин, растерянно рассматривая залитое слезами лицо. Амаинт выглядел настолько потерянным, что Шарлинта, предупреждая все расспросы, сама указала на чашку с горкой очищенного лука:
— Жгучий, зараза такая.
В лицо прилетел холодный ветерок, он высушил щеки и немного успокоил раздраженные глаза. Затянувшаяся пауза становилась все более и более неловкой. Шарлинте пришлось встать на ноги с лавки и сделать шаг назад, чтобы немного увеличить дистанцию и сбежать от чем-то тревожащего взгляда амаинта.
— Что это будет? — спросил Икрей, внимательно осмотрев стол со всеми приготовлениями.
Он произнес это глухо, как будто силой выталкивая из себя слова. Первым порывом у Шарлинты было подойти, погладить, как до этого дракона, успокоить, но что-то останавливало, какой-то внутренний страх.
— Мясо будет, если покажешь, как резать эту тушу, — сдержанно ответила принцесса.
Глава 8
Шарлинта встречала сумерки на крыльце. Укутавшись в нагретый возле печи плащ, она сидела на низенькой, покосившейся от времени ступеньке, прислонившись боком к столбику перил. Из домика, даже сквозь плотно закрытые двери, просачивались запахи еды и растопленной печи.
Впервые за эти дни принцесса получила то, чего, как ей казалось, очень не хватало — возможность побыть одной. Икрей откровенно избегал девушку. Заходил к ней редко, молча осматривал домик и саму Лин, и снова исчезал, даже не трудясь что-то объяснить. Можно было предположить, что амаинт просто занят — обустраивает второй дом, делает своеобразные матрасы — полотняные мешки, набитые высушенным сеном, рубит дрова, топит баню, готовит какую-то похлебку из мяса и овощей, разведя костер прямо во дворе. Принцесса даже готова была бы поверить в свою излишнюю мнительность, если бы не два но. Во-первых, Икрей с ней не разговаривал. Не разговаривал совсем. Даже без дежурных вежливых фраз обходился. Во-вторых, он старательно избегал прикосновений и взглядов, в том числе случайных, обходил стороной, и глаз не поднимал. Лин не нашла в себе сил прямо спросить у трехипостасного, что именно случилось. Да, и не уверена она была до конца, что действительно готова принять любой ответ.
Но почему-то получив эту самую возможность побыть наедине, Шарлинта не обрадовалась, а совсем упала духом. Сняв пробу с вполне приличного, хотя и далекого от изысканной дворцовой кухни, мяса, принцесса достала книгу из своего багажа и делала вид, что читает. Видимость девушка создавала скорее для себя самой, Икрей ее занятиями не интересовался. Принцесса бездумно пробегала глазами строки и переворачивала страницы, прочитанные слова в единый осмысленный текст не складывались в любом случае.
В конце концов, Лин сдалась. Закрыла книгу, закуталась в плащ и устроилась на крыльце. Бездумно смотреть можно было и на дорогу, на которой ближе к ночи должны появиться остальные амаинты. И как раз можно набраться смелости и признаться самой себе, что она привыкла к постоянному вниманию амаиров. Мало того, привыкла к его разнообразию.
