Хисока вернулся ближе к полудню, когда Рилка и Винн давно убрали со стола, и от завтрака не осталось даже следа.
Отмахнувшись от предложения Майкла освежиться, он заявил:
– Я болтал с Минкс. Мы ведь дальние родственники, знаешь ли. Со стороны отца.
– Санса, возможно, когда-то упоминала об этом. – Майкл замялся. – Но как это возможно?
– Тебе это правда интересно?
Майкл порылся в памяти, но ни одна из прочитанных им книг не раскрывала подробности о собратьях. Те считались просто младшим орденом амарантов.
– Я слышал, что их называют собратьями, но подумал, что это просто ласковое обращение.
Хисока усмехнулся:
– Как давно ты знаешь Минкс?
– С тех пор, как знаю Сансу.
– И только сейчас задумался, откуда она взялась?
– Минкс была членом семьи Сансы на протяжении шести поколений.
– А до ее связи с прославленным орденом Споменки? – подсказал Хисока.
Страж пожал плечами:
– Вряд ли Минкс скажет мне.
– Верно. Но кошки общаются с кошками.
– Она рассказала тебе?
– Разве я не упомянул, что болтал с Минкс?
Недоумение Майкла возрастало.
– Этого нет в наших учебниках. Нам о таком не говорили ни на одном уроке в академии.
– Зачем учить тому, что и так известно? Собратья умны, преданны и становятся хорошими питомцами.
В свое время Майкл прослушал достаточно лекций Хисоки-сенсея, чтобы распознать намек.
– Вы допускаете – даже поддерживаете – такое впечатление?
– Меня никогда не просили исправить или уточнить предположения наблюдателей об этом конкретном аспекте амарантийской культуры.
– До настоящего времени?
Хисока обнял Майкла за пояс и вывел за дверь:
– Давай найдем моего племянника. Как думаешь, он готов?
– Да.
Они прошли половину лужайки, прежде чем Майкл осмелился спросить:
– Почему я должен знать о роли собратьев в амарантийском обществе?
– Потому что ты не выдашь мои секреты. Разве ты мне не обещал? – тихо добавил Хисока. – По-моему, обещал.
Они нашли Диса перед редко используемой конюшней. Парень двигался в медленном танце, крутя посох с утяжеленными концами. Несмотря на то что грузы казались чисто декоративными, даже церемониальными, основная функция посоха угадывалась безошибочно, и это сбивало с толку.
– Серьезно, Майкл, – пробормотал Хисока. – Ты ведешь себя так, как будто никогда раньше не видел воина.
– Но амаранты не носят оружие и не используют его.
– Есть исключения.
– С каких пор?
– С изначальных. Дис – надежда Эвернхолда. Ради своего клана он выполнит одну или несколько из десяти ролей, отведенных для десятого ребенка.
– Этого тоже нет в учебниках.
– Нет. – Хисока сделал знак своему племяннику, тот закинул посох на плечо и поспешил к ним. – Некоторые секреты мы держим поближе к очагу. Или под его камнями.
– Ты не стал бы рассказывать мне ваши тайны без особой на то надобности.
– Верно.
Хисока выбрал новое направление, свернув обратно к дому, и Дис пошел за ними.
– Сенсей? – обратился к прежнему наставнику Майкл.
– Я планирую оставить Диса с тобой. Ему пойдет на пользу забота стража и тренировки бойца. – Бросив на Майкла косой взгляд, в котором плескалась хитрость, Хисока добавил: – Мой племянник может пригодиться и вашей семье. Особенно сейчас, когда Санса взращивает в себе новую жизнь.
– Я… не ожидал, – пробормотал Майкл, пытаясь понять, что происходит.
Было ли это ожидаемым вторжением или непредсказуемым поворотом судьбы? Они убрали все признаки присутствия в доме Арджента, но порабощенный лис вернется через месяц. Как и Гинкго. Арджент нуждался в защите Хисоки, но категорически запретил Майклу раскрывать существование сына. Что же делать? Рассказать? Удержаться? Майкл понятия не имел, какой вариант лучше всего поможет другу.
– Что-то не так? – спросил Хисока.
– С чего бы? – Майкл отбросил сомнения, чтобы успокоить Диса. – Другу всегда рады.
Хисока практически замурлыкал.
– Тогда предлагаю приступить к его первому кормлению.
Майкл моргнул:
– Сейчас?
– Ты согласен, не так ли, Дис?
– Да.
– Отлично. И я нашел идеальное место для первого раза. – Хисока небрежно махнул рукой в сторону Особняка. – Я все утро провел в оранжерее.
У Майкла вытянулось лицо. Хисока отошел от него и направился к стеклянным створкам. Неужели в оранжерее всегда были наружные двери?
– Атмосфера идеальна, и никто точно не помешает. – Хисока широко распахнул дверь. – Твоя коллекция впечатляет!
– Я… не могу присвоить все лавры себе.
– Неудивительно. На нее, должно быть, ушло несколько человеческих жизней.
Майкл молча кивнул. Как Хисока нашел место, настолько окутанное иллюзиями, что они с Сансой обычно забывали о его существовании? Наблюдатели не приняли никаких мер предосторожности здесь, где аура Арджента висела так же густо, как влажные запахи осоки и почвы.
Убежище лиса скрывалось под тысячью тончайших чар. Сама по себе каждая иллюзия была хлипким творением полуголодного, ограниченного в действиях существа. Но сотканные вместе, они свидетельствовали об уме и хитрости своего создателя. Педантичного и расчетливого. Скрытного и упрямого. Живого.
