Щеки Цумико потеплели. Его большой палец выводил круги на ее ладони.
Она хотела открытости.
Пыталась завоевать доверие Арджента. Но вместо того, чтобы уступить стремлению своей хозяйки, он сообщил ей о своих собственных желаниях. Может, это часть хитрого плана? Слова Майкла говорили об обратном – лисы выбирают раз и навсегда.
– Почему ты выбрал такую, как я? – спросила Цумико.
– А почему ты выбрала такого, как я? – со слабой улыбкой отозвался лис.
– Потому что это ты.
Арджент склонил голову:
– Именно.
Хотя еще было довольно рано, из зала, где обычно подавали завтрак, уже доносились голоса. Цумико не понимала значения слов, но тон собеседников был необычайно мрачным. Арджент ввел ее в комнату, и двое мужчин вскочили на ноги – Седрик и Стюарт. Они выглядели… виноватыми.
Не обращая внимания на повисшую тишину, Арджент аккуратно усадил Цумико за стол и взял еду с буфета. Не говоря ни слова, снова наполнил чашки джентльменов, окинув быстрым взглядом газеты, веером лежавшие между ними.
Лис цокнул языком, и оба Смайта вздрогнули. С пренебрежительным видом Арджент стянул самую верхнюю газету и положил ее перед Цумико:
– Все так, как сказал Майкл. Свежий корм для публики.
В самой статье она могла опознать лишь несколько слов тут и там, но картинка дала куда больше информации. На черно-белой фотографии был изображен амарант с квадратной челюстью и кустистыми бровями. Он с улыбкой прижимал к своей широкой груди новорожденного.
– Заголовок гласит: «Новая порода», – сообщил Арджент.
Снимок вышел слишком зернистым, и не получалось разобрать детали герба, красующегося на повязке новоиспеченного отца, но лицо Цумико знала. Да его все знали. Хармониус Стармарк был одним из Пятерых.
– Его жена – человек? – спросила Цумико.
– Соратница, да.
Она склонила голову набок и прошептала:
– Кажется, у ребенка ушки, как у Гинкго.
Арджент задумчиво хмыкнул:
– В статье пишут, у него еще и хвост есть.
– Это нормально?
– Кто знает? Этот ребенок – первый официально признанный полукровка. Он и задаст стандарты, – пожал плечами лис.
Раздалось хриплое покашливание, и лишь благодаря ему Цумико заметила, как напряженно молчат остальные. Седрик заговорил, но Арджент не стал ничего переводить.
Вместо этого лис спросил:
– Моя госпожа желает знать, мелькала ли эта новость по телевизору?
– Я покажу им, – предложил Стюарт. – Возможно, благодаря этим новостям станет легче объяснить нашу… ситуацию.
Седрик что-то мрачно проворчал.
– Сюда, пожалуйста.
Младший из мужчин поспешил в ближайший кабинет и нажал кнопку.
Когда в поле зрения появился большой экран, Стюарт обратился к Цумико:
– Объявление пресс-секретаря привлекло внимание всего мира… и подстегнуло воображение людей. Он состоит в браке с человеческой женщиной. Из двух видов возникает третий. Хармониус превратил Открытие в историю любви.
– Собаки обожают свои саги и песни, – вставил Арджент.
Цумико прикусила язык, потому что экран вспыхнул и голоса наполнили комнату. В верхнем углу на экране располагался символ амарантийского мира, и группа экспертов, похоже, комментировала последнее событие. Арджент фыркнул на Стюарта, и тот приглушил гомон на иностранных языках.
Это был записанный ранее эфир из Кейши, куда съехались репортеры со всех уголков мира. Все толпились у поместья Стармарков. Глава собачьего клана, возвышаясь над собравшимися журналистами, давал пресс-конференцию. Несмотря на улыбку, выглядел он внушительно.
– Это что, камера так искажает? – шепотом спросила Цумико.
– Ты о чем? – отозвался Арджент.
– О его глазах.
– Нет, это не искажение. Скорее уж камера не в силах воздать им должное. Зато понимаешь, почему цвет их клана – медный.
Зрачки Хармониуса Стармарка были вертикальными, как у Арджента, но радужки напоминали озера жидкого металла. Столь же поразительные, сколь и странные.
– Мать показывали? – спросил Арджент.
– Ни разу. Только сказали, что с ней все хорошо и она отдыхает дома, – ответил Стюарт.
На экране пошел следующий сюжет: тут камера отодвинулась, демонстрируя впечатляющие ворота поместья с гербом Стармарков. Теперь, когда фокус был не на Хармониусе, Цумико разглядела, кто стоит за ним.
– Хорошая демонстрация поддержки, – отметил Арджент.
По бокам от Хармониуса стояли еще четыре амаранта с такой же светлой кожей и густыми волосами, которые спадали волнами или были заплетены в тяжелые косы. Одинаковые пояса цвета клана слегка мерцали на солнце. Когда репортеры засыпали пресс-секретаря вопросами, он передал ребенка самому молодому из них. Мальчик выглядел всего на несколько лет старше Акиры. Он слегка повернулся, прикрывая ребенка от света и шума.
– Они близкие родственники?
– Ближайшие, – ответил Арджент. – Эти четверо – другие его сыновья.
Сходство было очевидным, как и происхождение.
– Они амаранты.
– И их мать тоже была, – подтвердил Арджент. – Я не знаю, что с ней стало. Майкл изучает вопрос, но ему не придется особо копать. Уже анонсировали специальный выпуск, который будет посвящен личной жизни Стармарка. «Сердце пса» выйдет в эфир в канун Рождества.
