И монстресса принимается рассказывать о себе подобных – обитателях самых темных теней в самых странных и неприятных местах. Оказывается, некоторым существам официально разрешают пугать и нервировать ничего не подозревающих людей, но только если те забрели на кладбище, в старый заброшенный особняк или пещеру. Или залезли ночью под кровать. Все эти места Отдел разрешений и регистраций включает в список Территорий, где разрешено запугивание, и на каждое должно быть выписано действующее разрешение.
Тут я задумываюсь, не потому ли Квинтон запрещал мне срезать дорогу до дома через странную свалку, расположенную ниже по нашей улице. На ее заборе не было предупреждающих знаков, и я ни разу не видела, чтобы кто-то заходил в ворота или выходил из них.
Когда монстресса заканчивает рассказ о своих любимых способах испугать человека, агент Кози разрешает нам задавать вопросы.
Я хочу узнать больше о разрешенном запугивании, но Билли Пого успевает раньше:
– Скажите, а вы случайно не родственница подкроватному… э-э-э… подкроватным существам из спальни на втором этаже в доме 231 по улице Скупщиков в городе Шарлотт, Северная Каролина?
Монстресса задумчиво почесывает щеку.
– У меня есть троюродный брат в Шарлотте, восхитительный юноша. Можете описать подробнее?
– Ну… он как бы похож на тень и довольно страшный, а еще издает всякие жуткие звуки…
– Мы все похожи на тень и довольно страшные, милый. А жуткие звуки прописаны в контракте. Нужны детали.
– Когда я засыпал, он иногда вдруг начинал кричать: «Бу! Бу!»
– Ах, это и правда Кларенс! Искренне верит в эффективность этих «Бу!». Сама я предпочитаю использовать «страшный шепот посреди ночи».
– Зачем вы пугаете людей? – спрашивает Брайан Ли.
Это и мне интересно.
– Всем надо что-то есть, – пожимает плечами монстресса. – Мы питаемся страхом.
– И какой он на вкус? – Это Дилан.
– От источника, заслуживающего доверия, я слышала, будто страх по вкусу как курятина, но дело в том, что сама я никогда не пробовала курицу, а потому не могу утверждать, насколько это точное сравнение.
– Ладно, но зачем пугать детей?
– Потому что взрослые в наше время уже ничего такого не боятся. Если они слышат под кроватью шум, то просто берут фонарик и лезут смотреть, в чем дело. Дети же скорее позволят воображению породить какие угодно ужасы. И это придает их страху отменный вкус.
– У меня есть вопрос, – вмешивается Лара Ван Хельсинг. – Даже не столько вопрос, сколько констатация факта.
Я закатываю глаза. Ну конечно. Что угодно, лишь бы привлечь к себе внимание.
– Тут написано, – Лара щурится, вглядываясь в экран телефона, – что ваш народ появился семьсот лет назад во время войны с Братством ночи.
Монстрессе эта тема явно неприятна, и она косится на агента Кози, прежде чем ответить:
– Мы предпочитаем не вспоминать о том периоде. Смутное было время.
Но Лара продолжает читать:
– Есть основания полагать, что эти существа были созданы Братством ночи. Маги засылали их в лагерь врагов, чтобы пугать их, не давая спать. В результате армии выходили на поле боя усталыми и заторможенными. – Она поднимает взгляд на монстрессу. – Я бы не стала гордиться таким происхождением.
– Довольно, юная леди, – перебивает ее агент Кози, выступая вперед. – Монстресса – наша гостья. И какое отношение эта информация имеет к нашему занятию?
– Такое, что у нас в классе есть маг, – говорит Лара, а потом поворачивается к монстрессе: – Вы разве не узнаете свою госпожу?
Монстресса принюхивается, смотрит на меня и неожиданно падает на колени:
– Прошу прощения, повелительница. Я не узнала вас сразу.
В голосе монстрессы звучит откровенный страх.
– Нет-нет, не нужно, – бормочу я. – Пожалуйста, встаньте.
Монстресса поднимается на ноги и устремляет на меня полный ужаса взгляд:
– Моему народу известно, что планируют сделать маги, и мы не хотим принимать в этом никакого участия. Прошу, не заставляйте нас! Умоляю вас!
– Я не… Вы говорите о Моро?
– Пожалуйста, просто оставьте нас в покое!
Свет мигает, и монстресса растворяется в полумраке.
Но внутренне я продолжаю сжиматься в комок. Ее страх передо мной невозможно забыть. Так вот каково это – быть магом?
Остальные стажеры потрясенно молчат.
Клянусь, я предпочла бы тоже раствориться в воздухе.
Мы договорились, что Элси не пойдет со мной на встречу, но, услышав, как прошло занятие по погружению, она упрашивает меня проехать вместе на лифте до третьего этажа отеля «Вандербильт». Конечно, я говорю нет, но поверьте, не так просто переубедить драконицу-оборотня, если она твердо вознамерилась что-то сделать.
С другой стороны, без Элси я никогда бы не познакомилась с Шалостью, лифтом на полставки. Она, оказывается, хорошо известна тем, что обманывает детей табличками с надписью: «Лифт неисправен», может внезапно начать обратный отсчет до самоуничтожения и готова принять участие в чем угодно, если это нарушает правила. Пока мы поднимаемся наверх, прочь от коридоров Управления, Шалость хихикает:
– Надо же! Я помогаю настоящему магу сбежать от агентов! Мое величайшее достижение!
От волнения я переминаюсь с ноги на ногу.
