Тогда мы погнали группу Миирнасов на юг, преследуя их с равнин к северу от Ауина вплоть до южного царства, которое в то время все еще было покрыто Черным лесом. После того, как Дракон Тьмы был запечатан, они украли один из печати из Ясу и хотели войти в Петлю Пассатов, чтобы собрать другую печать, и мы и Серебряные Эльфы преследовали их здесь, думая, что они сбегут со стороны Бучче в Мадару, образуя потомков Миирнаса, которые находятся там сегодня. Мы и не подозревали, что они разделились на две части: одна прошла через Запятнанный Морозным Лесным Лабиринтом, а другая направилась на восток, к морю,
Погоди-ка -, Брендель был потрясен, когда он внезапно вспомнил слова святого эльфа-святого тумана и спросил: - Ты сказал, что они украли одну из печатей у Ясу и хотели войти в Петлю пассатов, чтобы собрать другую печать. Ты ведь говоришь не о Пепельном самоцвете, не так ли? -
Что еще? - Тон голоса Санорсо стал немного неприятным, казалось, что та погоня была не очень гладкой.
Брендель мгновенно кое-что понял, и ему снова пришла на ум золотая шкатулка, оставленная Миирнами в великой долине. Он поднял голову, чтобы посмотреть на скалу с изломанной поверхностью, гладкой, как зеркало, со странным выражением лица.
Понимать? -
Понятно, но я не понимаю, почему они не взяли эту печать и не привезли ее на борт, почему они оставили ее здесь? — мысленно спросил Брендель.
Какое-то предвкушение смутно поднялось в нем. Если первая печать Дракона Тьмы уже принесла ему бесконечные выгоды, то сила безумия, вызванная Талантом Дурака, теперь стала чуть ли не одним из его главных убийц, не говоря уже о верности Ведьмы.
Хотя Санорсо не выглядел таким счастливым, Брендель мог понять ее чувства. Что бы она ни говорила, она, вероятно, беспокоилась о том, что Дракон Тьмы снова вернется к жизни.
Брендель не был без таких забот, но он видел эту силу скорее как своего рода данные в игре, написанные черным по белому на панели персонажа, было действительно трудно заставить людей почувствовать какую-либо опасность; по крайней мере до сих пор, в этом мире для Брендела, что касается игровой части, почти ничего не произошло сверх его ожиданий, поэтому у него были основания полагать, что эта необъяснимая панель персонажей не подведет его в этом вопросе.
Если только эта - система - ада сама по себе не была призрачной вещью, созданной Драконом Тьмы.
Но это было маловероятно, потому что Один был всего лишь мироходцем. Брендель на самом деле имел смутное чувство в сердце, что авторитет этой - системы - в его теле был намного выше, чем у мироходца, потому что эта - система - вполне могла приспособить его. Как современный человек, он никогда не слышал ни о какой низкоуровневой системе, которая могла бы полностью вместить высокоуровневую систему, это было бы нелогично.
Санорсо - посмотрел - на него мысленно. Брендель почувствовал, что почти может видеть сестру имперского эльфа со скрещенными руками прямо перед ним - она, очевидно, сразу поняла, о чем думает Брендель, но, как всегда, она не обвиняла мысли Бренделя, а вместо этого ответила с гордым взглядом. - Кто знает, может быть, они не смогли его забрать. Вы должны знать, что их поддерживает наш Легион Лесной Бригады и Кавалерия Королевского Дракона Серебряных Эльфов, и с печатью Дракона Тьмы они не смогут оставь эту землю незамеченной.
Брендель скептически отнесся к словам Санорсо. Если бы Туманные Эльфы и Серебряные Эльфы были действительно такими могущественными, Миирны, возможно, не смогли бы пересечь Львиный Перевал на границе между Ауином и Кирлузом. Конечно, в то время не было Ауина, но Львиный перевал был установлен с момента первой битвы.
