От Золотой кровной линии эльфов пошли две ветви: Серебряные и Туманные. Голоса у Серебряных, как и ожидалось, прекрасные.
Брэндель тихо кивнул в ответ на вопрос. Да, квест наступил, но радости это не прибавляло. Происходи все это в игре, он бы рассматривал ее как Нпс, но сейчас, как оказалось, полностью отключить эмоции не получилось.
— Этот. Спектральный рыцарь. это были вы? – робко спросила Амандина.
Эльфийка молчаливо кивнула: ее руки становились все прозрачнее. Меланхолично улыбнувшись, она перевела взор в небо, и с трудом сдерживая слезы, выдавила:
— Я.стольких. убила. Должно быть, Мать Марша меня покинула.
— Это не твоя вина! – яростно прервал Брендель.
Все случилось из-за Собора Святого Пламени! Мать Марша не разгневалась бы, если бы не их вмешательство, и в наказание удача с тех пора навсегда отвернулась от Ауина.
В целом Брэндель понимал, что произошло.
Жрецы Собора Святого Пламени, вероятно, захотели изменить взаимные обеты Эльфийских королей, их Богини и Матери Марша. Брэндель и сам менял подобные контракты в игре, и риск представлялся приемлемым, но то было только потому, что он был геймером. Жители Ауина, осмелившиеся на такое, должны были быть либо дерзки, либо жадны до безрассудства: ведь в результате обет мог исказиться, а эльфийские духи – ворваться в святилище, что стало бы трагедией.
Так и произошло.
И злые духи не остановились на взятии под контроль молодой девушки: одержимыми, должно быть, оказались многие другие эльфы. Несмотря на все это, высокоранговые жрецы были не столь просты: они умудрились стереть из всех хроник не только упоминания о последовавшей ужасной битве, но и о самом Алтаре.
— Как тебя зовут? – спросила Ромайнэ.
Брэндель внезапно понял, насколько этот вопрос на самом деле конструктивен.
— Медисса Люнетт, – прошелестел ответ.
— Вы. ты не из королевского рода? – одновременно произнесли Брэндель и Амандина. В эту гробницу разрешался вход только наследникам королевской кровной линии, рода Аавлон.
— Да, я дочь ремесленника.
— Но это гробница эльфийских королей. – продолжила расспрашивать Амандина.
И этот вопрос заставил призрачную девушку взять паузу. Половина ее тела уже стала прозрачной
— Обстоятельства были уникальные.
— Уникальные обстоятельства? Я слышала, что у Серебряных эльфов есть обычай погребения самых выдающихся и храбрейших своих героев с древними королями. – Амандина с сомнением оглядела девушку перед ней, не способная обнаружить признаков великой героини.
Медисса оглядела единорога перед собой наполняющимися слезами глазами:
— Не то, я заняла здесь кое-чье место.
Что?
Будь у Брэнделя все еще вода во рту – снова бы ее выплюнул: он никогда не слышал о возможности замены, не говоря уже о том, что, оказывается, имелась некая очередь на погребение?
Амандина получше разобралась в ситуации:
— Замена для спасения кого-то? Или погребение в жертвоприношении?
И что за подход такой? Мне казалось, благородные эльфы так никогда не поступят, но, получается, они не лучше людей, – Брэндель был поражен.
Но Медисса затрясла головой, возражая:
— Я вызвалась добровольно.
— Добровольно? – Брэндель все равно не понимал, в каком качестве обычная девушка могла заменить члена королевской семьи.
Едва заметно улыбнувшись воспоминанию, которым она явно гордилась, девушка ответила:
— Я вызвалась добровольцем и заняла место. своей старшей сестры. Нет, я пришла сюда ради ее Высочества Принцессы.
Она исчезала все быстрее.
— Подожди,– прервал ее Брэндель,– Сестры? Или принцессы? Что это значит?
— Моя мать была мастерицей в деревне Шеро, а отец – король Аавлон. Думаю, я наполовину принцесса.
— То есть твоя сестра – принцесса Эльфийского королевства?
Она кивнула.
— Почему тебе понадобилось ее заменить?
— Мою благородную сестру прокляли люди из Миирна. Придворные маги сказали отцу, что для ее спасения должен умереть родственник королевской крови, иначе она будет слабеть и в итоге умрет, – медленно пояснила Медисса, – но моя сестра – лучший будущий лидер для нашего королевства, и все союзники – люди, гномы, да и граждане королевства – хотели это предотвратить. Поэтому в итоге отец выбрал меня.
От негодования брови Амандины полностью сошлись в переносице:
— Он же твой отец, как он мог такое допустить!
Брэндель мог только похлопать ее по плечам, пытаясь успокоить:
— В эпоху Хаоса сумеречный дракон был силой, превосходившей все, что могла себе представить любая раса. Тогда за возможность противостоять такому существу платили огромную цену, так что король Серебряных эльфов отнесся к этому совершенно нормально.
Некоторое время он в молчании разглядывал эльфийскую девушку, после чего спросил:
— Почему ты рассказываешь нам все это?
— Потому что Хочу попросить у вас помощи?
Прямо как в миссии.
— Какая помощь нужна?
— Ящеры-бандиты из леса украли подвеску моей сестры. Не знаю, что они собрались с ним делать, но без этого кулона проклятие сестры не сможет сосредотачиваться на мне, и, боюсь, оно.
— Т-ты исчезнешь того гляди, какое тебе дело до остальных! – перебила недовольно слушавшая Амандина.
Медисса окинула ее взглядом и улыбнулась.
