У Вероники с Андешей едва не повыскакивали из орбит глаза. Сообразив, что Брэндель указывает на ее находящийся на законном месте меч, она поняла, что парень собрался провернуть. Чего она понять не могла – так это зачем: кто угодно понял бы, что это блеф.
Замявшись на мгновение, Вероника все же решила подыграть и перебросила ему свой меч.
— Господин! – смущенно заговорила Скарлетт, шагнув в его сторону.
— А ну стоять! – тут же поймала ее за руку Вероника.
— Отпусти!
Вид красноволосой фурии, уже обнажившей клыки и, похоже, собиравшейся начать кусаться, заставил Веронику удивленно поднять бровь и рассмеяться, чтобы снять напряжение.
— Ну ничего себе какая преданность! И насколько же твой господин тебе нравится?
Скарлетт смущенно запнулась, собираясь все отрицать, но тут Вероника неожиданно оттолкнула ее в сторону.
Спасая от хватки уже несшегося к цели побега Андеши. Вряд ли Брэндель оставит спутницу в беде, а им надо срочно расходиться.
Тут же поняв, что задумала Андеша, Брэндель кинулся к оказавшейся ближе к нему Фаэне. Не сумей он ее защитить – повторится недавняя ситуация с в долине возле валуна.
Схватив безвольно обмякшее тело, он взмыл в воздух, прямиком на первый уступ, и помчался вниз, с каждым прыжком выкрикивая издевательства, разносимые эхом по всему ущелью:
— Давай, догоняй, русалка проросшая!
— Я-то думал, тебе Львиное Сердце нужно,
— А ты что-то не-то-ро-пишь-ся!
— Хотяя. Сколько там тебе лет?
— Три сотни? Пять?
— Ха! Неудивительно!
Андеша на мгновение опешила, удивленно уставившись на Веронику, и совершенно точно понимая, что ее меч не имел никакого отношения к Львиному Сердцу.
С другой стороны, ей не удавалось ни понять ни предсказать ход мысли Брэнделя. А что если Вероника каким-то образом прикрепила свой меч к настоящему Львиному Сердцу и перебросила хитрому юнцу оба?
К тому же, она уже потратила на него Кровь богов высочайшего качества и самое главное – спустить такое оскорбление она попросту не могла.
Запрыгнув на первый, Андреша растворилась в тумане, пойдя по следу.
У Фаэны от шока и ужаса стучали зубы.
— З-з-з-а-а-ч-ч-е-е-м-мм т-ты м-м-еня.
Чудовищной силы ветер почти задувало ее слова назад в горло.
— Так миледи не желает быть оставленной восвояси?
Брэндель на полной скорости перескакивал с камня на камень, но на то, чтобы поиздеваться над мерзавкой, силы нашел.
— Неет!!
— Так, я что-то не пойму: мне тебя с собой брать или здесь оставить?
— Ах ты! уу, вернусь – все расскажу отцу, и он тебя на куски порубит!
— Ого, я весь дрожу! Как же мне спасаться . А давай тогда ты не вернешься, хмм?
— Как ты смеешь?!!!!!
Брэндель мигом убрал руки, заставив Фаэну с воплем вцепиться ему в шею и прижаться всем телом.
Почувствовав, что шее стало мокро, он понял, что, похоже, перестарался: пассажирка испугалась до слез.
А я молодец!
— Ах ты мерзавец! – тут же добавила та с плачем, укрепив уверенность Брэнделя в правильности своих действий.
Он ни на секунду ни о чем не пожалел, и даже порадовался, что девица наконец-то получит сполна за все доставленные неприятности.
Победно улыбнувшись, он обернулся посмотреть, где там Андеша.
Та на бешеной скорости неслась вперед в размытой дымке, словно двигаясь по ровной местности: вместо того, чтобы прыгать по уступам, она цеплялась за них лозой, и довольно быстро нагоняла.
Да до нее метров двадцать – не больше!
Андеша взмахнула хлыстом, с треском разрывая белый туман, но Брэндель уже успел подготовиться и взмыл вверх. Удар хлыста пришелся на ближайший уступ, словно острым ножом отрезав от него кусок.
Такая скорость не вызывала ничего, кроме паники: не придумай он хоть что-то в ближайшие несколько секунд – плохо кончит.
Оглядевшись по сторонам, он понял, что рельеф не располагает к маневрам: уступы оставили всего один путь, без возможности выбора.
И тут раскрасневшаяся от слез Фаэна потерла глаза, придав им соответствующий кроличье-красный оттенок и слегка рассерженно пробормотала:
— Эй, подвинь рукоять меча, она мне мешает – тыкается постоянно, больно!
— Рукоять. меча?
Брэндель потянулся было к Гальран Гайе, но тут же просиял, вспомнив, что забрал меч Вероники.
— Отличная идея!
— Ч-что?
— Хорошую идею подсказала!
— Какую еще. Ты что, бредишь?
Фаэна озадачилась было, но тут почувствовала, будто тонет в несущейся в лицо мгле, не сразу поняв, что Брэндель вдруг больше не бежит, а выпрямился и застыл, сжимаясь в почти вертикальную линию.
Они ушли в свободный полет.
От ужаса, подобного которому она не испытывала ни разу в жизни, сердце сжалось и забилось где-то в районе горла.
— аа! – только и успела ахнуть она, чувствуя, как колючий воздух иглами терзает щеки, а слезы даже не льются, а взлетают вверх.
Я умираю, умираю!!
Упрашивать держаться покрепче уже не было нужды: Фаэна и сама вцепилась в него мертвой хваткой. Освободившейся рукой он вонзил меч Вероники в отвесную скалу и с силой дернул вниз, поморщившись от оглушительного лязга металла. Лазурный клинок полностью погрузился в камень, высекая золотые искры, а он благополучно соскользнул на ближайший уступ, на несколько десятков метров ниже предыдущего.
