— Эта женщина считает, что мы где-то возле Мирового древа, так что надо вернуться за леди Вероникой, пока она не поняла, что это не так. Ну давай же, нам надо уходить, прямо сейчас! – воскликнула она, хлопая глазами и искренне полагая, что такое решение будет самым логичным.
— Ошиблась ты только в одном слове: это не нам, а тебе нужно уходить. Возможность удачная, правда. О Хати не волнуйся – она не проснется – а фальшивую гидру Андеша победила. По пути я не почувствовал присутствия ни единого монстра, так что все в порядке. Путь назад запомнила?
— Я?. – снова захлопала та глазами, в этот раз непонимающе, высоко подняв брови, – Т-ты мне о-одной предлагаешь п-пойти?
— Ну да, а чего ты хотела?
— Б-без т-тебя, о-одной?
Брэндель округлил глаза, слегка приоткрыв рот и не найдясь, что сказать на столько парадоксальный ход мысли. Это что же должно быть в голове, и насколько же надо быть испорченной, чтобы решить, что он подвизался ей в телохранители? Или это он себя так поставил, что ей показалось, будто защищать киррлутцских дворянок – его святая обязанность?
— А с какой стати я тебя должен провожать? – возмутился он.
— Я. Ты. – несколько раз переменившись в лице, словно решая, то ли закатить истерику со слезами, то ли разораться, но не решаясь дать волю гневу, – ну. тогда. А ты почему остаешься, кстати?
— А мне, миледи, как и Андеше, любопытно рассмотреть это деревце, – предпочел он отшутиться, не желая раскрывать своих планов по захвату Вальхаллы.
Пожалуй, любому мыслящему существу хватило бы здравого смысла понять, что за этими словами скрывается нежелание говорить правду.
— Эй, ну жизнь-то важнее удовлетворения глупого любопытства! – выдала твердо решившая к ним не относиться герцогская дочка.
Брэндель в ответ закатил глаза, но решил доиграть пантомиму до конца, странным тоном вдруг спросив:
— Так ты за меня волнуешься или за себя, что тебя некому будет проводить?
Мигом покраснев до состояния вареного рака, Фаэна проревела, аж раздувая ноздри от гнева:
— Ничего подобного, дурак! Мне просто вдруг в голову пришло! А до жизни твоей мне дела нет! Я пошла! И не вздумай меня винить в своей смерти, вот!
Глубоко вздохнув, она решительно двинулась прочь. Едва не сделав победное сальдо от радости, Брэндель ограничился пожатием плеч: ох уж эта герцогская дочка, сплошной комок противоречий!
Зато присутствие в Вальхалле Андеши явно не вписывается в мои планы.
Что ж, выбора у него не осталось: придется побороться за право наследовать эту землю, так что он взял Зифрид за руку и выдвинулся в направлении Древа.
На первый взгляд – миссия совершенно невозможная, но Андеша, в отличие от него, понятия не имеет ни что это за место, ни куда двигаться в этих руинах. С таким преимуществом и при том, что обитающие здесь духи героев и древние короли, скорее всего, признали его новым королем, есть шанс на успех.
А стань он полноправным наследником и правителем – сможет подчерпнуть силу этой земли и победить.
Вот стану избранным в божественном королевстве – и мигом избавлюсь от любой Андеши: пусть это станет моим первым подвигом! – тут же понеслась вскачь мысль, рисуя будущие победы. Пускай единственной реальной его победой пока и оставалось успешное выскальзывание из-под носа у Повелительницы тлена.
План, конечно, выглядел рисково, так что не стоило тащить за собой гирю в виде Фаэны: потому-то он и избавился от нее с превеликой радостью, как только представилась возможность.
На самом деле, хотелось куда-нибудь спрятать и Зифрид, чтобы та переждала в безопасности, но, в отличие от Вероники, готовой нянчится с сумасбродной герцогской дочуркой, защитить девочку кроме него было некому.
Эх, а насколько легче было бы одному. Без рисков, быстро – красота!
Но тут сзади послышался топот, как будто кто-то бежал из пещеры.
— Эй! – окликнула сильно побледневшая Фаэна, трясущимися руками, теребя платье, – я тут кое-что вспомнила: в Киррлутце попутчиков не бросают! Пускай и врагов, но ты все-таки мне жизнь спас. Пускай ты и недотепа, но мне-то не пристало тебе уподобляться, так что так и быть уж, буду великодушна и помогу!
Твою ж мать! И почему я не сбежал, стоило ей отправиться в эту пещеру, чтоб ей там провалиться?! – обругал Брэндель сам себя.
Том 3. Глава 189. Момент истины (5)
В лесу воцарились безмятежность и тишина, которые Брэндель усиленно и пытался сохранить, старательно огибая все препятствия и разводя в стороны свисающую лозу. Пока что усилия себя оправдывали: на них не обращали внимания даже сидящие на ветвях птицы.
Не менее роскошное, чем в Темном лесу, буйство растительности все же отличалось – даже не самими травами и деревьями, а чем-то неуловимым. Все здесь словно располагало к безмятежности, а окружающие долину высокие горы защищали от ветров, суля защиту и спокойствие – словом, в таком месте хотелось остаться.
Ствол Мирового Древа возвышался точно посереди долины, раскинув во все стороны узловатые корни и рисуя тем самым причудливый волнистый рельеф.
