Тем не менее, лед между ними и герцогом только тронулся, под стать вступающей в свои права весне, и продолжи она медлить с аудиенцией — Аррек переметнется на другую сторону.
Я, член королевской семьи, не могу позволить себе нерешительность: давно пора было сделать выбор.
Опустив голову, принцесса обернулась к младшему брату и нежно убрала непослушную прядь волос со лба.
— Сестра? — ответил будущий преемник правящей династии, тревожно вглядываясь ей в глаза. В тех отражался лишь тусклый свет свечей.
— Ты станешь королем, Харуце, — пообещала она.
— Я знаю, ты уж говорила. Я — король Ауина, — привычно повторил мальчик.
— Да, а я проложу тебе дорогу к трону, чтобы никто не посмел встать на пути возрождения нашей родины, — спокойно продолжила Гриффин, словно обсуждая погоду, — все решено, но ты должен быть сильным, Харуце. Тебе пора взрослеть.
Вздохнув, она посмотрела в окно, словно вглядываясь, что там, после бури. Конец нынешних страшных времен, когда убийства и заговоры шипами опутывают трон, и начало новой главы в истории Ауина. Перерождение в крови.
— Я уже стал сильнее! Каждый день тренируюсь в фехтовании! — воскликнул мальчик и тут же указал на пергамент у нее в руках, — а кому ты пишешь?
— Рыцарю.
— Я тоже хочу стать рыцарем. Говорят, ты собираешься в Ампер Сеале?
Прожив год в лишениях и постоянном страхе за себя и сестру, он сполна познал все коварство и подковерные игры знати.
— Да.
— Но как же я без тебя?
— Пора начать принимать решения самостоятельно. Помнишь, чему я тебя учила? Ты мужчина, Харуце, и пора брать бразды правления.
— Хорошо, — немного разочарованно понурил голову мальчик, — но ты возвращайся пораньше, а то мне. не с кем будет практиковаться в фехтовании!
Принцесса не смогла сдержать смешок: похоже, ее трусишка-братик учится подбирать слова.
— А этот. он.? — вернулся было Харуце к теме с пергаментом, но в итоге решил сдержаться.
— Он?
— Тот рыцарь, он тебя защитит?
— Что ты пытаешься сказать? — подняла принцесса бровь.
Взгляд, которым она наградила братца за неуместные комментарии, откровенно пугал. Мальчик даже попятился, но отступать было поздно:
— Мне. Мне н-не нравится то, что т-ты. собралась замуж за герцога Аррека!
— Что?
Вот это поворот: младший брат ни за что не стал бы обсуждать с ней политику. Это наводило на подозрения, что эти слова Харуце попросту внушили, а за этими речами кто-то стоит. Но от этой идеи она почти сразу же отказалась: сейчас их окружают только верные люди, и абсолютно все во главе с наставником Макаровым хотят знать, что скажет Аррек. И, конечно же, этот союз — очевидная ловушка: это понятно без слов.
Сама принцесса выбрала тактику молчания, ведь без поддержки этих дворян она останется беззащитной. Реальную власть в Ауине все еще удерживает знать.
— Мне не нравится Он, — настойчиво покачал головой брат.
— Но почему? Ты же его ни разу не видел.
— Просто. Слышал. — замялся тот, уставившись куда-то ей за спину и стараясь не смотреть в глаза.
— И что же ты слышал?
— Говорят, герцог Аррек уже несколько раз был женат, но все жены умерли, а еще — что он вампир, и пьет кровь.
Перед ней снова стоял испуганный мальчик, мигом утративший все сходство с наследником трона.
— Ерунда! — сурово бросила принцесса, но сохранить строгое лицо не смогла. Мальчику достанет проницательности разобраться, что к чему, да и ее характер он прекрасно изучил. Продолжишь давить авторитетом — решит еще, что его пытаются обвести вокруг пальца. И все же брат не до конца ее понял. Впрочем она и сама пребывала в смятении: все-таки для девушки, которой едва исполнилось шестнадцать лет, брак в столь раннем возрасте да еще с таким кандидатом в мужья — пугающая перспектива. Сколько ни пытайся примириться с судьбой ради общего блага.
Четвертая попытка горничной прорваться с платьем — и в этот раз громкий стук словно выдернул ее из паутины раздумий и неожиданно помог привести мысли в порядок. Глубоко вздохнув, принцесса собралась и приготовилась к бою.
Напоследок погладив Харуце по голове, она впустила служанку. Та захлопотала вокруг, помогая с платьем и поправляя и без того безупречную прическу. Наконец туалет был завершен.
Усилием воли разжав кулаки и позволив рукам расслабленно улечься на платье, чтобы не выдать волнения, принцесса с безмятежным лицом пошла к выходу.
Не ударить в грязь лицом, не запятнать благородное имя Корвадо. Выбор сделан, осталось озвучить решение.
За дверью ее ждал молодой кадет Королевской академии.
— Миледи, если предпочтете остаться в академии — мы готовы сражаться за вас до конца! — поспешно шепнул он, — ярчайшая звезда и надежда нашего королевства не должна склоняться перед этим презренным.
— Рано проливать ауинскую кровь. Придет время — дойдет и до этого, но момент еще не настал, — перебила его Гриффин, обернувшись. В ее голосе хватало и спокойствия, и собранности, и решимости.
Больше разговоров по пути к карете не было. С достоинством приподнял подол платья, она села внутрь и застыла неподвижным силуэтом в окне.
