А вот у «городской стражи» уже ослабли колени. Отсутствие воображения, конечно, ограничивало их возможности понять, насколько сильна была поддержка благородной семьи Брэнделя, но искусство мечника им было знакомо, заставляя изменить мнение о нем.
Меч Брэнделья вернулся в ножны. Мастерство он показал намеренно, надеясь, что заставит их отступить. Он даже близко не был в Золотом ранге.
Что ж, ты слышал, эта молодая леди заявляет, что ее отец ничего не знает об этом господине Тирсте.
Но...... – главарь бандитов оправился наконец, глядя на Брэндель, будто нарываясь на конфликт.
Брэндель махнул рукой Батуму за спиной.
А ну пошли вон! – выкрикнул Батум, увидев жест Брэнделя.
Головорезы обменялись взглядами: так они и привыкли делать, когда не особо хотелось задумываться о логике своих поступков, вместо чего они прибегали к грубой силе. Сейчас перед ними стоял молодой господин-мечник, который уничтожить их за несколько секунд, не говоря уже о том, что рядом был еще и телохранитель.
Выходка Батума разозлила головорезов, но главарь, глубоко вздохнув, все же сказал:
Я так понимаю, что вы, благородный сэр, собираетесь вмешаться в этот вопрос. Могу ли я знать, кто именно пошел против господина Тирста?
Глаза Брэнделя сузились.
[Хох. Этот человек и вполовину не столь плох, как хочет казаться, пытается загнать меня в угол. Будь я настоящим дворянином – мог бы ответить ему должным образом, но я не дворянин. Черт, я просто бессовестный геймер. Так что этот главарь проявил смекалку, атаковав меня в открытую в всех на виду, и я должен ответить]
Он насторожился: отказ от ответа заставил бы этот сброд поставить под сомнение его личность. Усмехнувшись, он взял листок бумаги и сложил его.
[Отдай своему господину. Что касается моей личности – никто из вас не вправе знать, кто я]
Злодеи тупо посмотрели на бумагу, но они не смогли сделать ничего, кроме как взять ее и вернуться восвояси. На калеку они покосились, но разговаривать с ним больше не стали: попытайся они что-то сделать – были бы унижены Брэнделем.
Тот проследил, чтобы все ушли, и взглянул на Роэна: глаза у калеки блестели, но Брэндель был непроницаем.
О чем вы думаете, сэр Роен? – спросил Брэндель.
Помимо Батума, тот был единственным человеком, кто знал, кем он был, но в отличие от Батума, которому можно было доверять, хитрому старому лису перед ним – едва ли.
Н-ни о чем, – тут же опроверг Роэн.
В душе старый калека был уязвлен: он не ожидал столько проблем от того, что придется стать «проводником». Он бы скорее согласился получить от Брэнделя, даже быть раненым – все лучше, чем перейти дорогу лорду Тирсту. «Ночной Филин» определенно припомнит ему участие в этом дел, и жизнь его в Бругласе непременно перевернётся с ног на голову.
[Брэндель наверняка знает, что Тирст теперь придет за мной, и сомневаюсь, что Брэндель мне доверяет. Я знаю, что он на самом деле не благородных кровей... и могу его выдать лорду Тирсту... но...]
Роэн непроизвольно поймал взгляд Брэнделя, уверенный, что молодой человек не даст ему шанса его выдать. Он не знал, что задумал Брэндель. Теперь, когда Брэндель был Мечником Цветов и казался более решительным, чем когда они последний раз встречались, калека почувствовал, как при мысли о будущем по спине сбегает холодный пот.
Чем больше он думал об этом, тем больше боялся, начиная дрожать.
Б-Брэндель, если ты меня убьешь – тебя заподозрят, – калека уже заикался.
Равно как и если ты пропадёшь, – улыбнулся Брэндель.
Да, все так, – с тяжестью в сердце согласился Роэн.
Мы хотим вам верить, сэр Роен, но стоит ли?
Наверное, не очень?
Брэндель осмотрел его с легким отвращением и покачал головой.
Я не стану тебя убивать, калека.
Слегка удивленный, Роэн посмотрел на Брэнделя с недоверием.
[С чего вдруг, зубы заговариваешь?]
Роен не считал Брэнделя наивным, и, несмотря на долгое размышление, не мог понять.
[Погоди-ка, он что, он играет со мной, как охотник с добычей? Нет, конечно, не может быть!]
Слышал о «Списке»?
Что?
Не слышал? Ну и ладно, тебе достаточно знать, что подписав его, мы станем партнерами.
Пытаетесь втянуть меня в эту авантюру? – глубоко вздохнул Роэн.
Ответная улыбка молодого человека выглядела поистине дьявольской. Надолго заколебавшись, калека не нашел иного выхода, кроме как согласиться. В самом деле, можно было сейчас его обмануть, а потом найти способ завоевать доверие лорда Тирста.
[Тайно доносить лорду Тирсту? ... Но я не очень хорошо с ним знаком. Убить кого-нибудь, чтобы заметили? Но дворян мало волнуют убийства их подчиненных...]
Роэн быстро соображал, но слова Брэнделя его огорошили, словно ледяной душ.
Калека, прежде чем стать тем, кто ты есть сейчас, ты совершил преступление в Арреке?
Казалось, Роэн получил удар прямо в сердце, его будто молния поразила. Мгновенно побледнев, он взглянул на Брэнделя, будто перед ним стоял сам дьявол:
Н-нет.
…. и имя того благородного семейства….
Остановись! – калека завопил во всю мочь. Казалось, он задыхался, словно тонул, махая руками в испуге.
Я понял, Брэндель. Пожалуйста, не продолжай. Да ты дьявол, чудовище, я же ничего тебе не сделал!
