Помещение, выделенное под аукцион на рынке Мари, было небольшим. Размером с мини-театр, с тусклым светом и окружающими центральную сцену рядами стульев, предназначенными для простолюдинов. На отдалении от сцены располагались четыре отдельных ложи, украшенные шелком и атласом, каждая на три уровня, с бронзовым телескопом перед каждым сиденьем на подставке из красного дерева, чтобы могущественные вельможи, участвовавшие в аукционе, могли внимательно рассмотреть товар на центральной сцене.
У Роэна хватило бы связей заказать одну из таких лож, но Брэндель отказался. Он не хотел привлекать к себе внимание, участвуя в аукционе только для того, чтобы посмотреть и попробовать заполучить кое-что.
Получив номерки, они проследовали на свои места. Хотя Брэндель внешне и выглядел спокойным, к запястью у него был привязан арбалет, скрытый под рыцарской одеждой. На случай неожиданностей арбалет был заряжен проклятыми стрелами Тамара.
Этот арбалет был затейливой вещицей, открываясь подобно шкатулке. Любителям управиться с ним было бы трудновато, но профессия Брэнделя вкупе с пассивными навыками это компенсировала. Способностей у него хватало для использования арбалета на уровне мастера этого вида оружия, и этого было достаточно для правильного использования и установки простейших механизмов.
Он занял место, и пока не начался аукцион, к нему присоединился Роэн в закрытом длинном плаще для маскировки, сев рядом. Внимательно оглядевшись, прежде чем заговорить, он начал:
Господин, отравленные кинжалы и зелья проданы. Кинжалы присмотрели знакомые из гильдии, и не беспокойтесь, господин, они были очень щедры на золото. Каждый кинжал ушел за 2500 Тор, и они не спрашивали, кто продавец.
Не все сделки свершались непосредственно на аукционе. На самом деле, большинство происходило один на один. Покупателей и продавцов сводили друг с другом третьих лица типа Роэна, а иногда таких посредники было еще больше – всё для обеспечения безопасности и секретности. Закрыть рот каждому из них стоило сравнительно мало.
В этом сером подпольном мире никто не был настолько разговорчив, как они, но и рты они умели держать на замке как никто – такое вот противоречие.
Что насчет зелий? – Брэндель притворился, что наблюдает за персоналом, в то время как на самом деле его внимание было сосредоточено на теме. Он знал правила, и предметы типа отравленных кинжалов и снадобий, как правило, не продавали на центральной сцене.
С ними посложнее: люди из Звездной Башни спрашивали об изготовителе. Они говорили, что рецепт зелий для маны долгое время не был в ходу, и что Ассоциация Магов хотела бы поприветствовать в своих рядах профессионального алхимика, – ответил Роэн, следя за выражением лица Брэнделя.
Реакция Брэнделя ему нужна была, чтобы понять, насколько полезной тот посчитает эту новость. Если так, молодой человек его похвалит, и можно будет чувствовать себя в безопасности. При этом реши Брэндель, что ситуация осложнилась – все равно обратится к нему. Хоть они и были в одной лодке, несмотря на испуг, вместо того, чтобы сразу сдаваться, калека хотел попробовать легонько дать отпор.
Роэн смотрел на юношу, одновременно надеясь на то, что тот добьется успеха и разбогатеет, и в то же время – что потерпит неудачу.
Брэндель же просто покачал головой и без выражения ответил:
Моему другу это не интересно. Просто расскажи поподробнее о сделке.
[Похоже, я не ошибся. Зелья маны в этом мире оказались гораздо большей редкостью, чем в игре]
Каждая бутылка продана за тысячу Тор, итого тридцать тысяч, – калека не выказал разочарования.
Брэндель кивнул. Стоимость кинжалов выросла более чем на двадцать пять процентов, тогда как зелья маны продали себя с более чем на двухсотпроцентной прибылью, при этом ингредиенты для них были не более чем обычными реагентами.
[Прибыль сумасшедшая]
Брэндель сразу оценил, что такая курица может сколько угодно нести золотые яйца. Посмотрел на Ромайнэ, он подумал, что для нее не стало бы невозможным создать собственную торговую гильдию, продавая в основном зелья маны.
Ромайнэ мгновенно заметила его взгляд и подняла брови. Затем, приложив руки к груди, она беззвучно его поблагодарила.
Обойдется в полсотни тысяч Тор. Ты так и говорил, я знала, что мы сможем!
Самое интереснее еще впереди, мисс Ромайнэ, – улыбнулся Сиэль на стуле позади Брэнделя.
Подождите, ты ошибаешься, Сиэль! Наша леди-купец напомнила, что эти сто тысяч Тор – ее капитал, – не краснея, заявил Брэндель.
Ромен с гордостью хихикнула, точно как хитрая лисичка, поняв, что достигается ее истинная цель.
От разворачивающейся перед ее глазами сцены Амандина немного нахмурилась. Родившись в дворянской семье, она вживую повидала десятки тысяч Тор, но наблюдать, как столь значительной сумме не выказывается должного уважения, было для нее в новинку.
Сценка показала, что хотя молодой рыцарь, возможно, и оставил дом, чтобы найти собственную судьбу, но семья у него, должно быть, была довольно могущественной.
