Вспоминая время стремительного роста популярности Лиланда Стэнфорда, один из его лейтенантов в частном порядке заметил, что "в глазах широкой общественности Стэнфорд пользовался наибольшим авторитетом среди всех представителей так называемой "большой четверки". "Железнодорожный руководитель и инженер описывал его как "человека внушительной внешности, с глубокой грудью. Большие плечи и руки, крупное лицо с усами и усиками, обычно подстриженными довольно коротко. Он был довольно медлителен в движениях и в бизнесе был склонен медлить".
Тем временем Дженни Стэнфорд вела комфортную буржуазную жизнь в их особняке в Сакраменто, устраивая грандиозные вечеринки с поздними ужинами на сотни человек и танцами до раннего утра, одеваясь в изысканную парчовую одежду высокой моды викторианской эпохи и начиная приобретать коллекцию драгоценностей, которая вскоре вызовет шепот снисходительности, подобный тому, от которого она страдала в Олбани, когда Лиланд добивался положения в своем салуне при горном магазине и эрзац-зале суда. Они значительно расширили свой дом, превратив его в величественный дворец Сакраменто. Но не только это, отметил историк архитектуры, локомотивы, нарисованные на светильниках, локомотивные мотивы на новой мебели в столовой, картины покоренной американской дикой природы на стенах - особняк Стэнфорда в Сакраменто подчеркивал триумф технологий.
Супруги прожили в браке почти двадцать лет и были предоставлены сами себе. Но все должно было измениться - и изменилось все.
Триумф свободных штатов в Гражданской войне, последующее убийство Авраама Линкольна, импичмент Эндрю Джонсона и Реконструкция стали политическими, экономическими и культурными бегемотами второй половины 1860-х годов в Америке. Но для Запада они были лишь заголовками газет, эмоциональной рентой и далекими событиями. Более значимым событием для тех, кого в то время часто называли Тихоокеанским склоном, был срыв, встреченный с большим ликованием и американской гордостью: восхождение и преодоление железной дорогой Высокой Сьерры летом 1867 года. Преимущественно китайская рабочая сила не только покорила то, что поколение американских скептиков утверждало, что сделать это невозможно, но и сделала это гораздо быстрее, чем кто-либо мог себе представить. Теперь железнодорожники начали радостно спускаться с восточного фланга Сьерра-Невады и въезжать в Великий Бассейн.
Первым железнодорожным городом на западном краю пустыни стал пограничный форпост и шахтерское поселение, которое Чарльз Крокер решил назвать в честь малоизвестного генерала времен Гражданской войны Джесси Ли Рино. В значительной степени высушенный ландшафт от Рино на восток через Неваду и территорию Юта не многие находили привлекательной. Это был западный конец великой пустыни, которая так мешала первым пионерам, выносливым мужчинам и женщинам, а также их детям, которые умирали десятками в щелочных районах, где не было питьевой воды, дичи, корма или даже тени, когда температура воздуха достигала сотни градусов. Теперь гонка с конкурирующей компанией Union Pacific, пришедшей с Востока, шла полным ходом.
В этом домашнем приключении Лиланд Стэнфорд вступает в первые стычки с человеком, который был и остается его другом и партнером, но станет его великим соперником, а затем и злейшим врагом: Коллисом Поттером Хантингтоном. В этой схватке Стэнфорд вышел победителем и стал лучшим человеком, хотя история была гораздо добрее к Хантингтону, выдающемуся, хотя и полуграмотному корреспонденту, оставившему сотни писем со своей версией истории. Стэнфорд оставался стоиком в более чем пятистах письмах и телеграммах, которые он написал одному только Хантингтону в период с 1867 по 1894 год, большинство из которых относятся к концу 1860-х и 1870-м годам. Его иногда короткие, но нередко и длинные письма касаются почти исключительно чисто деловых вопросов. Если он и высказывал свои личные мысли по поводу отношений с партнерами, то они вполне могли содержаться в его многочисленных письмах к жене Дженни. Но вскоре после его смерти, много лет спустя, вдова сожгла всю имевшуюся у нее переписку с мужем.
