Однако Организации Объединенных Наций не суждено было остаться театром для разрешения международных конфликтов. Одна из главных причин этого заключалась в том, что Советский Союз, Соединенные Штаты, а затем, после 1949 года, Китай - все они проводили тайную политику, поначалу малозаметную, которая все чаще приводила их к конфликту и войне по доверенности.
Марксистско-ленинские страны - Советский Союз и Китай - оказывали поддержку другим марксистско-ленинским партиям и движениям, некоторые из которых были повстанческими, в других частях мира. Вашингтон в своем зачастую неточном восприятии рассматривал эти партии и движения как посредников советской и/или китайской власти. Таким образом, большая часть холодной войны велась тайно в таких регионах, как Юго-Восточная Азия, о которых и Соединенные Штаты, и Советский Союз были поразительно невежественны.
С самого начала послевоенной эпохи Вашингтон искал собственных посредников для борьбы с угрозой мировой революции. Некоторые из этих прокси сейчас практически забыты, как, например, украинские партизаны, изначально организованные гитлеровскими эсэсовцами, которые при поддержке ФПК вели проигрышную борьбу с Россией в начале 1950-х годов. Некоторые, например мафии в Италии и Марселе, вскоре переросли поддержку США и стали де-факто самостоятельными региональными игроками.
Но одна из первых американских марионеточных армий, остатки националистических китайских сил КМТ в Бирме, а затем в Таиланде, продолжала получать поддержку США и в 1960-е годы. Подобно мафиям в Европе и якудза в Японии, эти наркомафии имели преимущество в плане секретности: они были вне закона, в значительной степени обеспечивали себя за счет торговли наркотиками и были настроены антикоммунистически.
Первоначальная поддержка этой программы со стороны ФПК и ЦРУ, восстановившая крупный наркотрафик из Юго-Восточной Азии, способствовала институционализации того, что стало привычкой ЦРУ обращаться к поддерживаемым наркотиками нелегальным средствам для ведения войн везде, где возникала угроза доступу Америки к нефти и другим ресурсам - в Индокитае с 1950-х по 1970-е годы, в Афганистане и Центральной Америке в 1980-е годы, в Колумбии в 1990-е годы и снова в Афганистане в 2001 году7.
Использование наркомафии, противоречащее официальной антинаркотической политике Вашингтона, должно было оставаться в тайне. Это означало, что на практике крупные программы с долгосрочными последствиями инициировались и управлялись небольшими кликами, связанными с американской разведкой, которые были почти невидимы в Вашингтоне и еще менее заметны для американского народа. Эти клики единомышленников, спокойно работающие с наркоторговцами и другими преступниками, в свою очередь были частью заговора, поддерживаемого элитными группами на высшем уровне.
Использование США наркотрафика из войск КМТ в Бирме имело судьбоносные последствия для всей Юго-Восточной Азии. Инфраструктура OPC для войск КМТ (Sea Supply Inc., см. ниже) была расширена и модифицирована при поддержке Уильяма Донована и Аллена Даллеса для развития и поддержки местных партизанских сил в Таиланде, ПАРУ. ПАРУ, гораздо менее разрекламированная, чем войска КМТ, оказала такое же или даже большее влияние на историю США. Ведь успех ПАРУ в обеспечении независимости Таиланда побудил США в 1960-х годах использовать ПАРУ также в Лаосе и Вьетнаме. Таким образом, первые успехи ПГВУ постепенно привели Соединенные Штаты сначала к тайной, а затем и к открытой войне в Лаосе и Вьетнаме. Мы увидим, что, по словам ее американского организатора Джеймса Уильяма ["Билла"] Лэра, ПАРУ, как и силы КМТ, на ранней стадии, по крайней мере частично, финансировалась за счет наркотиков.
Короче говоря, у некоторых американцев была предсказуемая и почти постоянная привычка обращаться к наркотрафику за нелегальными средствами. Это обращение стало любопытным исключением из общей политики США, направленной на политическое урегулирование международных конфликтов через Организацию Объединенных Наций. Оно также поставило обычных американских дипломатов из Госдепартамента против "холодных воинов" из секретного агентства OPC, в распоряжении которого находились эти наркотики.
Это был не единственный случай, когда небольшая бюрократическая группировка США, столкнувшись с внутренней оппозицией, но получив поддержку на высоком уровне, смогла начать операцию, которая стала намного масштабнее, чем было изначально разрешено. Подобная картина с удивительным сходством повторилась в Афганистане в 1979 году. И снова, как и в Таиланде, первоначально заявленной целью была защита местного народа и сдерживание коммунистических войск, угрожавших его покорить. И снова эта цель была достигнута. Но и в этом случае успех первоначальной оборонительной кампании дал толчок к расширению кампании наступательного отката, что привело к нашей нынешней бесперспективной конфронтации со все новыми и новыми элементами ислама.8