В некоторых отношениях после Афганистана Бжезинский стал более умеренным в своих ожиданиях относительно силы США: он, в частности, предостерегал от войны в Персидском заливе в 1990 году, а также от агитации вице-президента Чейни во время его пребывания на посту за некий упреждающий удар по Ирану. Но он никогда не отказывался от макиндеровской риторики своей книги 1997 года "Великая шахматная доска", которая возрождает иллюзию "контроля" над евразийским центром:
Впервые в истории неевразийская держава стала не только ключевым арбитром в евразийских силовых отношениях, но и первостепенной мировой державой. Разгром и крах Советского Союза стали последним шагом в стремительном восхождении державы Западного полушария, Соединенных Штатов, в качестве единственной и, по сути, первой по-настоящему глобальной державы. . . .
Для Америки главным геополитическим призом является Евразия. . . . Теперь в Евразии главенствует неевразийская держава, и глобальное первенство Америки напрямую зависит от того, как долго и насколько эффективно будет сохраняться ее превосходство на евразийском континенте. . . .
Говоря терминологией, восходящей к более жестокой эпохе древних империй, три главных императива имперской геостратегии - предотвратить сговор и сохранить зависимость от безопасности среди вассалов, держать трибутов в повиновении и под защитой и не дать варварам собраться вместе.9
Подобная наглость не является уникальной для Бжезинского. Его призыв к одностороннему доминированию перекликается с проектом руководства по оборонному планированию 1992 года, подготовленным для министра обороны Чейни неоконсерваторами Полом Вулфовицем и Льюисом "Скутером" Либби ("мы должны поддерживать механизмы сдерживания потенциальных конкурентов от стремления к более значительной региональной или глобальной роли")10 .10 Она нашла свое отражение и в исследовании "Проекта нового американского века" 2000 года "Восстановление обороны Америки", и в Стратегии национальной безопасности Буша-Чейни от сентября 2002 года,11 и воплотилась в мегаломаническом стратегическом документе Объединенного комитета начальников штабов "Совместное видение 2020": "Доминирование в полном спектре означает способность американских сил, действующих самостоятельно или вместе с союзниками, победить любого противника и контролировать любую ситуацию во всем диапазоне военных операций "12.
Такая раздутая риторика оторвана от реальности, опасно заблуждается и даже, пожалуй, безумна. Однако она свидетельствует о целях США и распределении национальных ресурсов для их достижения. И это полезно, даже жизненно важно для тех корпораций, которые привыкли извлекать прибыль из холодной войны и столкнулись с глубоким сокращением расходов США на оборону и разведку в первые годы после распада Советского Союза. К ним присоединились и другие группы (о них речь пойдет далее в этой главе), которые также заинтересованы в сохранении доминирующего образа мышления в Вашингтоне. К ним относятся новые поставщики приватизированных военных услуг, или того, что можно назвать предпринимательским насилием, в ответ на сокращение оборонного бюджета.
Бредовая грандиозность риторики Бжезинского заложена прежде всего в ложной метафоре названия его книги. "Вассалы" - это не шахматные фигуры, которыми можно без усилий двигать одной рукой. Они - человеческие существа со своим собственным разумом, а среди людей несправедливый избыток власти может вызвать не только недовольство, но и, в конечном счете, успешное сопротивление. В этом можно легко убедиться, например, в Азии, наблюдая за развитием антиамериканизма в Иране.
Представление о едином шахматном игроке также неверно, особенно в Центральной Азии, где доминирующие государства (США, Россия и Китай) и местные государства одинаково слабы. Здесь крупные транснациональные корпорации, такие как BP и Exxon, являются основными игроками. В таких странах, как Казахстан и Азербайджан, они затмевают и направляют как местную государственную власть, так и американское правительственное присутствие, официальное или тайное. Настоящими местными силами, скорее всего, будут две, которые правительства, как известно, не в состоянии контролировать: во-первых, "возбужденные мусульмане", которых безумно высмеивал Бжезинский, и, во-вторых, незаконный оборот, прежде всего наркотиков13.
Настоящая Великая шахматная доска:
Те, кто наживается на непрекращающемся насилии
Однако в конечном итоге Бжезинский не ограничивается шахматной метафорой. Цель шахматной игры - победа. Цель Бжезинского совсем иная: постоянно сдерживать мощь Китая и, прежде всего, России. Поэтому он разумно выступал против таких дестабилизирующих шагов, как удар Запада по Ирану, поддерживая при этом постоянное сдерживание России с помощью кольца западных баз и трубопроводов. (В 1995 году Бжезинский летал в Азербайджан и помогал вести переговоры о строительстве трубопровода Баку-Тбилиси-Джейхан, соединяющего Азербайджан с Турцией.14)