Старшая кухарка, кажется, сочла это известие приятным.
- Значит, вы теперь свободны? - спросила она.
- Да, свободен, - ответил Карл, и ничто не казалось ему более бесполезным, чем эта свобода.
- Послушайте, не хотите ли поступить на работу к нам в гостиницу? спросила старшая кухарка.
- С большим удовольствием, - сказал Карл, - но я ужасно мало знаю. Например, не умею даже печатать на машинке.
- Это не самое главное, - сказала старшая кухарка. - Для начала вы получите совсем маленькую должность, а дальше все в ваших руках - усердием и прилежанием вы вполне можете продвинуться. Как бы там ни было, я полагаю, что для вас гораздо лучше где-нибудь обосноваться, вместо того чтобы шататься по белу свету. К этому вы, судя по всему, не приспособлены.
"Дядя был бы точь-в-точь такого же мнения", - подумал Карл и кивнул, соглашаясь. Одновременно он вспомнил, что забыл представиться, а ведь о нем здесь так пекутся.
- Простите, пожалуйста, - сказал он, - я вам еще не представился, меня зовут Карл Россман.
- Вы немец, не так ли?
- Да, я недавно в Америке.
- Откуда же вы?
- Из Праги, из Богемии.
- Смотрите-ка! - воскликнула женщина по-немецки с сильным английским акцентом и всплеснула руками, - в таком случае мы - земляки, меня зовут Грета Митцельбах, я из Вены. И Прагу я знаю отлично, я ведь полгода служила в "Золотом гусе" на Вацлавской площади. Нет, вы только подумайте!
- Когда же это было? - спросил Карл.
- О, много-много лет назад.
- Старого "Золотого гуся" два года как снесли, - сказал Карл.
- Вот как, - проговорила старшая кухарка, уйдя мыслями в прошлое.
Но, тотчас же снова оживившись, схватила Карла за руки и воскликнула:
- Теперь, когда выяснилось, что мы земляки, вам ни в коем случае нельзя уходить отсюда. Вы не должны меня огорчать. Может, хотите, к примеру, стать лифтером? Только скажите, и место ваше. Когда вы немного пообвыкнете, то поймете, что получить такое место не так-то легко, потому что для начала ничего лучше и не придумаешь. Будете общаться со всеми постояльцами, всегда на виду, станете выполнять небольшие поручения, - словом, каждый день у вас будет шанс добиться продвижения по службе. Обо всем остальном, с вашего разрешения, позабочусь я.
- Я бы с радостью стал лифтером, - сказал Карл, чуть помедлив. Глупо отказываться от такого места только потому, что окончил пять классов гимназии. Здесь, в Америке, эти пять классов гимназии скорее повод для стыда. А вообще, лифтеры Карлу всегда нравились, казались ему украшением гостиниц.
- Знание языков не обязательно? - спросил он еще.
- Вы говорите по-немецки и вполне хорошо по-английски, этого достаточно.
- Английский я учил в Америке всего два с половиной месяца, - сказал Карл, полагая, что замалчивать свое единственное преимущество не стоит.
- Это изрядный плюс, - сказала старшая кухарка, - если вспомнить, какие затруднения английский доставил мне. Впрочем, это было тридцать лет назад. Как раз вчера я говорила об этом. Вчера мне исполнилось пятьдесят. - И, улыбаясь, она старалась по выражению лица Карла уловить, какое впечатление произвел на него столь солидный возраст.
- В таком случае желаю вам большого счастья, - сказал Карл.
- Это всегда кстати, - отозвалась она, пожав руку Карла и чуть-чуть взгрустнув над этой старинной родной поговоркой, вспомнившейся ей по-немецки. - Я ведь вас задерживаю, - спохватилась она. - А вы, верно, очень устали, лучше мы потолкуем об этом днем. Так радостно встретить земляка, что просто все из головы вон. Пойдемте, я отведу вас в вашу комнату.
- У меня есть еще просьба, госпожа старшая кухарка, - вспомнил Карл при виде телефонного аппарата, стоявшего на столе. - Возможно, утром, и даже очень рано, мои бывшие товарищи принесут фотографию, которая мне крайне необходима. Будьте так добры, позвоните портье, пусть он пошлет этих людей ко мне или вызовет меня.
- Непременно, - ответила старшая кухарка. - Но не достаточно ли ему взять у них эту фотографию? И что это за фотография, позвольте спросить?
- Фотография моих родителей, - сказал Карл. - Нет, я должен сам поговорить с этими людьми.
Старшая кухарка ничего больше не сказала и отдала по телефону распоряжение портье, причем назвала номер комнаты Карла - 536.
Затем они через дверь, противоположную входной, вышли в небольшой коридор, где, прислонившись к решетке лифта, дремал маленький лифтер.
