Америка: каким мир был бы без нее? полностью

Несмотря на особое внимание к Вьетнаму, Эйрес вел более серьезную игру, говоря: «Мы последовательны в антиамериканизме и в неприятии отечественной истории, которая запятнана завоеваниями, рабством и геноцидом». Эйерс видел себя посреди «полыхающего мира с массовыми демонстрациями на Юге, революцией в Латинской Америке, беспорядками по всей Азии, освобождением в Африке, растущей напряженностью в наших больших городах, ядерным уничтожением и массовыми убийствами». Он говорил: «С одной точки зрения, сумасшествием виделась война во Вьетнаме, а чудовищами — ее политики. С другой — безумием была агрессивная и захватническая внешняя политика, а чудовищем — военно-промышленный комплекс. А с нашей — третьей точки зрения, безумием был как экспорт войны и фашизма в Третий мир, так и расизм с идеями превосходства белой расы у себя дома, а также инертная, жалкая культура жадности и отчуждения. Монстром же оказались сам капитализм и система империализма».

Сегодня Эйерс — уважаемый профессор педагогики и обучения Иллинойского университета в Чикаго. Обычно террористов отправляют в тюрьму, однако в данном случае террорист получил должность преподавателя. Эйерс стал одним из ведущих специалистов по начальному и среднему образованию страны. Хотя Усама Бен Ладен лежит в могиле, а его последователь Айман аль-Завахири находится в международном розыске, Эйерс посещает академические конференции как высокооплачиваемый специалист. Я недавно участвовал в дебатах с Эйерсом в Дартмутском колледже. То, что он говорил, вторило эхом его разглагольствованиям в университете Орегона, где он злорадствовал: «Американская империя клонится к закату экономически, политически, даже культурно. Империя разрушается, и эта игра окончена».

Может быть, прогрессисты реабилитировали Эйерса потому, что он искренне раскаялся и отрекся от своих прежних дел? Вовсе нет. В зловещий день 11 сентября 2001 г., когда Бен Ладен напал на Пентагон и Мировой торговый центр, «Нью-Йорк таймс» опубликовала краткую биографию Эйерса рядом с публикацией его воспоминаний. Эйерс сказал репортеру Динише Смит: «Я не сожалею о самолетах-бомбах, однако чувствую, что сделано недостаточно. Не могу сегодня подумать, что я направляю бомбу в здание, но не могу и представить полного отказа от такой возможности».[45]

Эйерс сам по себе — фигура значимая, но он еще связан с президентом Обамой. Эйерс устроил в Чикаго фандрайзинговое мероприятие для Обамы в 1995 г. Они были друзьями почти двадцать лет, вместе работали и общались. Несмотря на это, когда связь Обамы и Эйерса всплыла в средствах массовой информации, Обама и его советники сделали вид, что президент едва знаком с Эйерсом. Единственная связь между ними, согласно советнику Обамы Дэвиду Аксельроду, была в том, что они проживали в одном районе, а их дети ходили в одну школу. Однако такое объяснение можно считать наглой ложью. Обама пытался замести следы, говоря, что он не должен отвечать за то, что Эйерс сделал сорок лет назад, когда Бараку было восемь лет.

При этом главные проблемы не в Эйерсе семидесятых годов, а в Эйерсе сегодняшнем. Обама не упомянает, что Эйерс отказался извиняться за прошлое и спокойно считает себя таким же, с теми же убеждениями, что и тогда.

Из собственных слов Эйерса видно, что его подтолкнула к действиям война во Вьетнаме. В Америке Вьетнам часто подавался через призму антикоммунизма, как способ остановить «эффект домино» в Южной Азии. Однако Эйерс видел Вьетнам иначе. Он смотрел на эти события через призму антиколониальных взглядов. И лидер Северного Вьетнама Хо Ши Мин видел эту войну точно так же.