Всё ясно как божий день и к бабке не ходи: я увлеклась лучшим другом своего молодого человека. И если это выплывет на поверхность, то наша песенка будет спета.
Лучшие друзья поссорятся, Миллер обзовёт меня «хорошим» словом и пошлёт на все четыре стороны, а Дэвис… понятия не имею, что ждать от этого парня. И в этом весь вопрос. Стоит ли рушить стабильные отношения с хорошим блондином, ради неизвестного будущего с ветреным брюнетом.
Намотав несколько кругов, мы с Эриком одновременно, не спрашивая друг друга притормозили у большого пня, где обычно отдыхающие любят устраивать пикники.
- Привал? – усмехнулся брюнет. Я кивнула и уже хотела сесть на траву, как парень меня остановил:
- Стой! Я взял плед. – и вытащив из багажной сумки большое покрывало, аккуратно расстелил его на земле.
- Ты всё предусмотрел, да? – удивилась я и примостилась на самом краю.
- Да. – вдруг серьёзным голосом сказал брюнет и не прерывая зрительный контакт, присел рядом со мной, а затем немного подумав, лёг на спину и завёл руки за голову.
Не сводя с меня, с каждой секундой всё больше темнеющих глаз, Дэвис медленно и нерешительно улыбнулся.
- Ложись со мной. – тихо, но в то же время требовательно пробормотал парень.
- Нет. – слишком торопливо прошептала я.
- Я не кусаюсь, Люси. – вздохнул брюнет, позволив фразе повиснуть в воздухе. – Расскажи мне о России. Ты скучаешь по дому? – вкрадчиво добавил он и заметив озадаченность в моём взгляде, слегка ухмыльнулся. Я легла рядом с ним на бок, а затем полуутвердительно и полувопросительно произнесла:
- О России…
Эрик повернул голову в мою сторону, и мы стали рассматривать друг друга с нескрываемым интересом. И были на непозволительно близком расстоянии. Умом понимала, что нужно держать дистанцию, но тело отказывалось меня слушаться. Да, и если я сейчас отодвинусь, то Дэвис может принять это за оскорбление или за мою слабость. Поэтому я осталась на месте и попыталась не выдавать своего напряжения, потому что, как бы спокойно ни звучал мой голос, внутри стянулся узел:
- Безумно скучаю…
- Вы ведь спонтанно уехали? – спросил Эрик.
- Да. – с досадой сказала я, перекатилась на спину и положила руку на лицо, прикрывая глаза от слепящего солнца.
- Я хочу попробовать твою еду. – вдруг выпалил брюнет. Я вопросительно приоткрыла один глаз и покосилась им на парня, рассчитывая на то, что мне послышалось и Эрик сказал что-то другое, а я просто в своей голове неправильно перевела. Но выражение лица брюнета было совершенно сосредоточенным, и он со всей серьёзностью повторил:
- Я хочу попробовать твою еду.
- Зачем? – насторожилась я.
- Хочу узнать правду. Говорят, русские женщины очень домовиты и вкусно готовят. – заулыбался Эрик, и сняв со своей макушки солнечные очки, одел их на моё лицо.
- Это стереотип. – поправила я оправу, чтобы не давила мне на переносицу.
- То есть ты не умеешь готовить? – уточнил Дэвис.
- Вопрос не в этом. Ты сказал, что женщины «вкусно» готовят, а не «умеют» готовить…
- Ты не ответила на вопрос.
- Конечно умею! – искренне возмутилась я.
- Докажи. – сказал он и его улыбка растянулась до ушей.
- Как? – задала я риторический вопрос.
- Приготовь мне… – парень приложил палец к губам и ненадолго поднял глаза к небу. – Щи!
- Щи? – переспросила я. – Ты знаешь, что такое «щи»?
- Да, это традиционное блюдо русской кухни. И я его пробовал. Один раз. – в голосе парня прозвучала отчётливая нотка восхищения.
- Хорошо! Я приготовлю! – азартно воскликнула я, совершенно отключив голову и демонстративно избегая внушительных размеров баннер с крупными красными буквами: «ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ?».
- Договорились! Сегодня. – кивнул брюнет.
- Эээ… сегодня? – повторила я.
- Да. Ты из-за продуктов или отца переживаешь? – рассмеялся Эрик, глядя на моё в миг покрасневшее лицо. – Успокойся, Люси. Отца и продукты я беру на себя. С тебя только ужин…
- Ладно. – неуверенно промямлила я, сочиняя на ходу объяснение родителю, какого чёрта за последние недели в нашем доме ошивается столько парней, и все жрут как не в себя…
- Что ещё ты знаешь о России? – настороженно поинтересовалась я, невольно боясь очередных проверок.
- Достаточно. – ухмыльнулся парень. – Я очень многого наслушался за все эти годы от Миллера и Андронова…
- Хорошего? – уточнила я, но на всякий случай напряглась и приготовилась, если придётся восстанавливать репутацию родной страны в глазах этого американца. Где-то глубоко внутри мне очень хотелось, чтобы именно Дэвис был хорошего мнения о моей Родине и уважительно относился к моей основной составляющей. Может быть, потому что Миллер уже проявлял интерес к русской культуре, а может быть и по другой причине…
- Да. – уверенно произнёс Эрик и тепло улыбнувшись, добавил. – Однажды я был в гостях у Энтони и его мама, Хэлен, предложила мне посмотреть один русский фильм, сказав, что после его просмотра я смогу понять значение фразы «Русская душа». – он снял с меня очки и пристально посмотрел в глаза, пытаясь найти подтверждение своим словам.
