Выход Великобритании из ЕС серьёзно изменит Евросоюз и Европу в целом. При этом, будут развиваться два отчасти противоречивых, отчасти взаимодополняющих процесса. С одной стороны, чтобы выжить, ЕС будет делать всё возможное, чтобы экономически сплотить союз. С другой, будут, по всей видимости, приостановлены процессы интеграции политических систем и систем обеспечения безопасности. Внешнюю безопасность союза полностью возьмёт на себя НАТО. С мечтами о создании европейских оборонных структур уже покончено. В результате драматических событий последних лет в Восточной Европе США и проамериканские лобби в ЕС смогли полностью восстановить контроль над ситуацией»[381].
Рассуждая теоретически, без раздражающего британского фактора «Германии будет проще убедить Францию и собственных колеблющихся в том, что только скрытая либерализация и общее сокращение социальных обязательств смогут спасти экономику Европы. Тот факт, что последняя нуждается в радикальной встряске, по всей видимости, единогласно признаётся элитами в Берлине. Как и убеждённость в том, что уверенно проведя Европу через кризис евро, Германия должна спасти её стратегически и «вытолкнуть» на новый уровень развития. Мирным, разумеется, путём.
Вообще о том, что после разрешения кризиса зоны евро и в связи с выходом из ЕС Великобритании масштабы германского могущества становятся опасными для единства ЕС, сказано уже много. Однако укрепление стратегического партнёрства Берлина с США может решить эту проблему. Германия, надёжно и крепко впаянная в трансатлантическое сообщество, не будет вызывать подозрений у других стран в желании создать «рейх 2.0».
Новый «берлинско-вашингтонский» порядок, если ему позволят консолидироваться, будет характеризоваться совмещением высокой степени рыночной открытости (всегда выгодной экономически сильным игрокам) и возвращения части политических полномочий в руки суверенных государств (что позволит сильным решать проблемы безопасности без оглядки на слабых членов сообщества). Стимулом к возвращению власти в руки суверенных государств станет и необходимость реально бороться с терроризмом. То, что его волна все больше грозит захлестнуть Европу, становится в наши дни, после ужасающих терактов в Париже, Брюсселе и Ницце, все более очевидной. Естественным следствием этого будет отказ от попыток создать действительно более или менее единые европейские специальные службы. Это, в свою очередь, неизбежно создаст необходимость усиления контроля над внутренними границами сообщества. Очевидно, что полиция и контрразведка одних стран будет справляться с террористической угрозой эффективнее, чем других. Поэтому необходимой мерой станет возвращение к эффективной охране границ. Ответ на вопрос о том, как совместить открытый рынок и усиление полицейских мер контроля над населением, станет важнейшим для европейских элит.
В результате, в Брюсселе понимают: чтобы выжить, Европе придётся объединиться экономически и в то же время существенно ограничить политическое объединение таким кругом вопросов, которые не будут идти во вред трансатлантической солидарности. Ведь именно последняя и ее институциональное воплощение в лице НАТО станут несущей конструкцией выживания цивилизации Запада и главным инструментом его борьбы за лидерство с окружающим миром.
При новом порядке Евросоюз вряд ли станет более простым и ответственным партнёром для России. Он, как уже сейчас отмечают с тревогой многие наблюдатели, может стать даже более агрессивным, не останавливаясь не только перед политически враждебными действиями, но и перед военными провокациями. При этом диалог по частным вопросам с наиболее вменяемыми европейскими государствами будет вполне возможен. Хотя это и не сможет подвигнуть их на нарушение правил железной «берлинско-вашингтонской» системы, которая формируется в Европе.
Однако Евросоюз никогда не признает возвращение Крыма в состав России и не отменит варварские санкции в отношении жителей полуострова. Россия, со своей стороны, должна будет всё более серьёзно относиться к гармоничному развитию своей территории за Уралом и связям с азиатскими экономиками. Для этого можно будет привлекать европейские компании, если они проявят достаточно гибкости в условиях санкционного давления. Также поможет, если Россия, Китай, Казахстан и другие региональные партнёры перейдут, наконец, от слов к делу и займутся строительством евразийской транспортно-логистической системы, за которой потянется и пространство совместного развития.
Россия не станет частью нового европейского порядка. Это, помимо прочего, может оказаться одной из причин его относительной неустойчивости и непродолжительности. Так произошло с другим «порядком», который фактически её игнорировал — версальско-вашингтонским. И наоборот — те европейские порядки, в которых Россия была важной составляющей — венский и ялтинско-потсдамский — оказались успешными и обеспечивали мир в Европе.
