Мы, разумеется, оставили за собой не только Русский Протекторат, самый большой по территории, но и Турецкую Армению с Проливами. Мраморное море стало «внутренним морем» России.
Мне же, пусть и с огромным трудом, но удалось убедить царя и Правительство, что нельзя прекращать вооружаться. И армию распускать рано. Вот в отпуска отправить — святое дело!
В общем, передышку мы постарались использовать с толком — запасали боеприпасы, амуницию и топливо, обновляли вооружение, восстанавливали парк станков и выбивали золото и серебро из должников. В начале февраля была попытка запуска первой двухступенчатой ракеты. К счастью, проводилась она уже на специальном полигоне где-то в саратовских степях. Почему к счастью? Да потому что грохнуло там замечательно, а пожар был такой, что Константина Эдуардовича и Цандера спас лишь специально построенный капонир. После этого до них, кажется, дошло, что эпоха «игры в бирюльки» закончилась.
А в январе Император и Столыпин открыли строительство московского метро. Нет, они хотели в столице строить, но там грунты не позволили. Пришлось им согласиться на Москву. Тогда-то всё и случилось…'
Примечания и сноски к главе 29:
[1] Воронцов вспоминает различные кризисные моменты, описанные в книгах цикла «Американец».
[2] Напоминаем, в реальной истории такого министерства не было. В реальности Цикла его создал выживший Столыпин с подсказки Воронцова.
[3] Евангелие от Матфея, глава 12, стих 25.
[4] Как оно случилось и в нашей истории.
— Аминь! — повторил Мишка Воронцов и перекрестился. Молебен по случаю открытия строительства Московского Метрополитена окончился, теперь выступит Государь.
Погода в Первопрестольной в этот день была морозная и солнечная, стоять неподвижно и слушать не хотелось, но наследник рода Воронцовых понимал свой долг. Даже младшие стояли терпеливо. Впрочем, напутственная речь не затянулась, а сразу по её окончании началось то, что папа называл английским словом «шоу», то есть зрелище. Но тут буквальному переводу доверять не стоило, в шоу, к которым прикладывал руку Холдинг Воронцовых, немалую роль играли и звуки. Вот и ведущий, сменивший Николая II у микрофона, предложил посмотреть направо.
Митинг проводили рядом с Боровицкой башней Кремля, то есть почти на границе Среднего и Нижнего Садов, отсюда прекрасно было видно Москва-реку и пролетевшее над ней звено «муромцев». Едва грохот их моторов начал ослабевать, удаляясь, как удалось расслышать ещё более басовитый гул. Звено «святогоров» шло не треугольником, а цепочкой, один за другим, больно уж велики были эти машины.
Отрок едва успел перевести дух от охватившего его восторга, как воздушный парад продолжили «жорики», «добрыни» и «сапсаны». Затем небольшая пауза и… Одно за другим прошли четыре звена монопланов, тускло отблёскивающих алюминием. Их скорость была существенно выше, им пришлось постараться, чтобы удерживаться над руслом реки.
— Это и есть «беркуты», о которых я тебе рассказывал! — прошептал на ухо папа.
Вот это сюрприз! Папа говорил, что это — самые быстрые и мощные истребители, которые скоро появятся на вооружении российских ВВС, но при этом предупреждал, что это — большой секрет. А теперь их показали всем. Наверное, потому, что дело движется к миру?
А праздник тем временем продолжался. Их пригласили пройти в павильон. Вход был оформлен точно так, как будущий вестибюль метро. По настоящему, только очень короткому эскалатору можно было спуститься и увидеть диораму. Вблизи — настоящий полированный гранит стен и мраморные колонны, а дальше очень реалистичный рисунок.
Поднявшись по второму эскалатору, они прошли в другой зал, где можно было увидеть схему метро, рисунки разных художников с эскизами разных станций метрополитена, и даже совершенно футуристически выглядящий макет вагона «подземки».
И всё это под живую музыку и Рождественское настроение, всё ещё царящее в этих садах.
— Ну что, родные, — сказал папа. — Поехали на площадь трёх вокзалов[1]?
— Поехали, конечно! — тут же ответил Михаил. На этой площади должен был состояться следующий митинг, только выступать там будет цесаревич Алексей, его приятель. Жаль, конечно, что тому здоровье не позволяет, а то бы Мишка обязательно его заманил в одной команде в пейнтбол играть. Ну да ничего, говорят, недавно, пользуясь перемирием, из Германии особого доктора выписали, который как раз по этой болезни специализируется. Бог милостив, может, ещё удастся наследника вылечить, тогда и порезвятся на пару.
