— Ну, Саша… — жалобно начал маленький Эдвард. — Я хочу дождаться звонка френч герлс[27], а то мы останемся сегодня без девушек… Они хотят с нами поебаться.
— Маленький Эдвард не ебался уже две недели, — пояснил мне Жигулин. — Он способен сейчас выебать козу. Что угодно, но с пиздой… Ты замечаешь, какой он дерганый? Брось, сука, не крути этот ебаный стерео, ты все поломаешь! — взвизгнул вдруг Жигулин и, перебежав зал, оттолкнул маленького Эдварда от стерео.
Маленький Эдвард за спиной Жигулина виновато и устало улыбнулся мне. Затем он сел на диван и, достав с журнального столика из пепельницы чуть начатый джойнт, закурил его.
— Ну давайте я все-таки пойду и куплю еды? — предложил я опять.
— Сиди, не нужно… — отмахнулся Жигулин. — Подождем еще немного звонка этих пёзд и пойдем в ресторан.
Я пожал плечами и спросил:
— Нет ли чего-нибудь выпить, Саш?
— Сколько угодно, — сказал Жигулин. — В самом нижнем отделении буфета полно бутылей. Только не открывай, пожалуйста, неоткупоренные бутылки и не допивай из тех, в которых алкоголя на донышке.
Я прошел к буфету, стоящему в отдаленном углу кухни, которая отделялась от зала всего лишь несколькими ярдами стены. Я выбрал белый итальянский вермут. Наполовину опорожненная бутыль как раз соответствовала пожеланиям Жигулина. Открыв, для того чтобы взять льда, морозильник, я увидел, что он битком набит морожеными стэйками, мороженым фаршем, даже мороженая индюшка была там. Из интереса я заглянул и в холодильник. Он также был полон разнообразной еды.
— Эй, — сказал я, — хуя вы ноете… Тут полным-полно еды?!
— А! — разочарованно протянул Жигулин. — Ее же нужно готовить.
— Но ведь ты жаловался, что целый день не ел… — удивился я. И увидев в холодильнике бутылки пива, попросил: — Можно, я возьму пива?
— Конечно, возьми. Чего спрашиваешь. Там и вобла есть. Хочешь воблы, Лимонов? Настоящей? Только ты умеешь ее разделывать?
Кто же отказывается от воблы? И что же ее разделывать… Содрал шкуру, и готово… Иногда Жигулин вел себя как ребенок.
— Пожалуй, и я с тобой выпью пива с воблой, — решил Жигулин, поглядев на воблу и пиво, которые я принес и водрузил на журнальный столик. — Только давай подстелим газету на столик, а то все сейчас будет засрано воблой.
Его предложение имело смысл. Так мы и сделали. Я очистил воблу, и мы стали с удовольствием жевать жирную сушеную рыбу, запивая ее пивом. Маленький Эдвард сидел на другом диване, далеко у окон, в глубине зала и каждые несколько минут звонил куда-нибудь по телефону, всякий раз бросая с раздражением трубку.
— Какой мудак, кроме нас, останется на уик-энд в Манхэттане… — философски заметил Жигулин. — Все бляди давно сидят в Сауфхэмптонах[28] и нюхают кок. Послушай, Эдвард, оставь в покое телефонный аппарат и пойди лучше купи несколько бутылок пива в деликатессен на углу.
— Но френч-герлс… — начал маленький Эдвард.
— Ты не волнуйся, мы поговорим с френч-герлс, — заверил его Жигулин.
Маленький Эдвард неохотно встал и вышел.
— Хочешь кокаина? — спросил меня Жигулин.
— Да, — сказал я. — Что за вопрос.
Жигулин встал, пошел к кухонному буфету и откуда-то с верхних его полок достал блюдце. Принес и поставил передо мной. На блюдце там и сям, линиями и бесформенными образованиями, белел «вайт сноу»[29]. Я взял трубочку, лежащую тут же на блюдце, и приложил ee к ноздре. Втянул. Потом ко второй ноздре. Кокаин пах пылью. Почти тотчас же раздался гудок интеркома.
— Кого хуй несет?.. — подумал вслух Жигулин и, взяв у меня из рук блюдце с кокаином, поспешно отнес его в буфет и поставил на прежнее место. — Ну на хуй делиться с маленьким Эдвардом? — сказал он мне в оправдание.
Сам Жигулин кокаин не употребляет — у него аллергия к кокаину. На самом деле. Редкая и аристократическая болезнь.
Через несколько минут вслед за Жигулиным в зал вошел Ричард. Большой, юный, полный, улыбающийся Ричард сердечно пожал мне руку и уселся в кресло, также как и диван, стоящее у журнального столика. Мы с Жигулиным дали ему оставшийся кусочек воблы и отлили пива в стакан. Ричард достал из кармана цветастой рубашки на выпуск джойнт и закурил. Передал джойнт Жигулину, тот потянул и передал джойнт мне.
— Посмотрим ТиВи? — предложил Ричард.
Мы с Жигулиным кивнули согласно. Ричард встал, взял с телевизора коробочку дистанционного управления и уселся опять в кресло. Сменив с дюжину станций, остановился на канале M-V, двадцать четыре часа в сутки показывающем ньюйоркцам видео-рок-энд-ролл. Свежее начинание. Когда я уезжал из Нью-Йорка в 1980 году, этого канала не существовало.
Майкл Джексон и куча разряженных под таф-панк гомосексуалистов изображали улично-балетную драку. С большим искусством изображали. «Бит ит!» — кричал Майкл Джексон и, как в «Вест-сайдской истории», выразительно взметал вверх кулаки. Очень Майкл Джексон был красивенький.
— Гребет деньги лопатой, — отметил Жигулин, затягиваясь глубоко.
Передал джойнт мне.
— Десять миллионов копий продано только в Штатах, — лаконично выдал справку Ричард. И добавил: — Последнего альбома «Триллер».
