Американский альбом полностью

Это для невежды и простака. Обычный человек в обращении с природой чаще всего простак, и не чувствует, что ее красота часто скрывает печаль – чувство человеческое, природе не присущее. Просто иное слово подобрать трудно. А здесь была смерть во всем ее гибельном торжестве. Ракушки, выброшенные на сушу, были уже не жильцы, им было суждено непременно умереть под знойными лучами и укрыть пляж костяными останками. Женщина это поняла, и сейчас стала спасать несчастные существа, забрасывая их назад в воду. Делала то, что в народе называется отнюдь не поощрительно – идти против природы. Таково было первое движение доброй души, к тому же, на отдыхе, который сам по себе способствует благородству. В лучшем его виде – без всякого смысла и цели. Так женщина сражалась с неизбежностью, оспаривала приговор, который выносит равнодушная природа всему живому, и вдруг обнаружила, что интересуется ракушками не только она. По пляжу неторопливо расхаживали чайки, здоровые пернатые существа, у которых под жирными перьями угадывались большие, пропитанные океанской солью мышцы. Чайки были заняты. Деловито, как мародеры на поле боя, переходили они от ракушки к ракушке. Неизвестно, слышали ли они это шуршанье, эту возвышенную симфонию смерти, но, если слышали, их поведение выглядит еще более отвратительным. Чайки застывали, нацелив беспощадный клюв, и… ждали… И когда ракушка в отчаянии открывалась навстречу солнцу, чайка сильным и точным ударом перебивала скрепляющий створки мускул. Несчастные ракушки уже не могли захлопнуться, замирали, еще живые, навсегда, а чайки опустошали свою добычу, расклевывали изнутри. Хладнокровно и безнаказанно. Потому что наказывать должен кто-то третий, кроме убийцы и жертвы. Третьей оказалась женщина. Ее потрясло вероломство, она стала подбирать камни и швырять в чаек с криком, ну, пошли отсюда. При этом она не забывала спасать несчастные ракушки, возвращая их в родную океанскую стихию, и работа шла живо. Чайки лениво отходили, кося на обидчицу недобрым глазом, и продолжали палаческий труд чуть поодаль. Они знали точно, потребность в добрых делах – всего лишь забава, а природа требует постоянного напряжения, борьбы и убийства. Чайки были уверены в себе. Природа быпа на их стороне. Даже Чарльз Дарвин – человек, наверно, не злой, должен был бы с этим согласиться. Правда факта – против правды сердца, тем более, женского. И кто кого? Можно не отвечать. Хотя, возможно, вы не угадали…

Так оно и шло, но тут объявилась старушка в панамке и в красных штанах до колен. Возникла неожиданно, на ходу, как сказочный персонаж, бывшая фея (по виду, на пенсии) для подведения поучительных итогов. Фея притормозила старческий бег и сказала добродушно: – Бросай, бросай. Я тоже когда-то бросала…

И исчезла…

А теперь справка… Угадайте что происходит, пока мы вот так воюем, спорим, и предаемся эмоциям? Кто вырвался вперед?

Жуки. Вот кто. Они не просто удовлетворяют инстинкт, а образуют новые виды, плодятся с дальним прицелом, на перспективу, пока гомо сапиенс не спохватился (и вряд ли спохватится) и не сказал своего запоздалого слова. Поэтому про предприимчивую особь мы так и говорим: – Ну и жук, – видя в этой особи прообраз нашего будущего. Пусть не буквально и еще непонятно, в каком обличье, с какими усами и рогами, но именно так. Жуки умеют жить. А то, что съедают друг друга, это их личное дело, от этого едоки только здоровеют, хрустят хитином и дают здоровое потомство. В мире жуков царит взаимовыгодное сотрудничество, и вектор развития строго определен в самом позитивном для них смысле. Поэтому разговоры о том, что тараканов не будет, представляют нелепую фантазию, а то, что из них возникнет непревзойденное и изумительное совершенство – вполне может быть…

Что-то подобное пришло в голову женщине, когда она осознала бессмысленность своей затеи. Все идет своим чередом. Женщина подумала, что и она, как промелькнувшая старушка, так же скажет кому-то лет через пятьдесят. Смирись… Что будет, неизвестно, а пока нужно устроиться тут, на пляже, подтянуть под подбородок красивые колени, положить на них голову. Вспомнить, зачем пришла. Смотреть в океан. Ловить момент, думать о чем-то очень приятном. Допустим, о Португалии, ведь есть она где-то там… Или, еще лучше, мечтать о счастье. Это не первостепенное назначение океана, размышлять на его берегу о счастье, но, если есть такая возможность, стоит воспользоваться. И за этим занятием женщина провела некоторое время. Она еще поднимала камни, бросала в деловитых чаек, но по инерции, не рассчитывая на результат. С безнадежностью поражения. И шуршание куда-то ушло, ракушки затихли, помощь не пришла…

Женщина вернулась из поездки. Достоинства комфортного отдыха вполне ожидаемы (гарантированы). Но иногда случается нечто большее. Здесь нет заслуги фирмы, просто путешествие дает опыт самопознания. Что-то такое передвигает внутри, расставляет по-новому, как мебель в квартире носле ремонта. И вот итог. В разговоре с подругой женщина неожиданно спросила: – Как ты думаешь, я – стерва?..