Все же веселиться от чувства полной безопасности пока не стоило. Один только сибирский радар AEX AMANDA, насколько знал Завирдяев, был способен сканировать пространство на семьдесят тысяч километров и он сейчас светил ему, Завирдяеву в спину. Ничего ему, этому радару, не мешало передать координаты терминалу, находящемуся где-нибудь в Европе, то есть по курсу шаттла.
Впрочем, план предусматривал заниженную активность по перехвату корабля, проще говоря, саботаж. Сейчас, судя по всему, на земле царила неразбериха и по поводу шаттла не было выработано какого-то определенного решения. Могло статься, что в дальнейшем их подтолкнули бы к выводу о том, что недружественная принадлежность корабля была определена ошибочно.
Наконец, тяга двигателя упала до нуля. Появилось ощущение невесомости – это было не совсем, как плавать в воде – с непривычки было такое чувство, что внутри, в животе все как-то неестественно замерло.
Завирдяев открыл забрало шлема и втянул воздух. В атмосфере корабля пахло пластиком, только это был качественный пластик, не вонючий. Еще пахло какой-то химией – наверняка в отсеке проводили уборку с соответствующими средствами. Было интересно. Куда там запаху кожаного салона какой-то тачки – эта машина с ее плазменным двигателем за секунду может прибавить сто пятьдесят километров в час, а может и все двести пятьдесят, лишь бы штаны остались сухими и чистыми.
Глава 36.
Информационная изоляция.
Терминал AMALGAMAFFX75.
Операционная комната огласилась громким отрывистым звуком. Сразу на нескольких дисплеях высветилась желто-черная надпись, предписывавшая перейти в режим COMM_HALT. В переводе с языка кодов это означало, что всю информационную связь с внешним миром, не касавшуюся обмена огневыми данными следовало заблокировать.
Такое время от времени случалось, особенно когда противник предпринимал массированные баллистические атаки на тыловые объекты.
Майор Бивердейл потянулся к правому монитору и нажал кнопку в нижней части рамки экрана – под той кнопкой одновременно с предписанием появилась надпись "выполнить". То же самое он проделал и на остальных дисплеях.
После того, как остальные офицеры поста, Рамхерст и Дженнифер расправились со своими кнопками, резкий звук стих.
Бивердейл поднял глаза к главному 75 дюймовому экрану, нависавшему над его постом и убрал отметки спутников. Внешне картина выглядела вполне рутинно. На карте, отображавшей все воздушное пространство вплоть до Индийского Океана остались лишь отметки, говорившие о боевой активности на Евроазиатском Фронте. Их Бивердейл также скрыл, отдав устный приказ AI, локальному искусственному интеллекту терминала, который перед этим сообщил, что также не обнаружил серьезных изменений в картине потенциальных целей.
Впрочем, такой анализ ни о чем не говорил и ничего не решал – терминал, его комплекс стрельбы был призван лишь жестко исполнять огневые задачи, приказы о которых поступали от общей сети, соответственно что и когда обстреливать решали штабные компьютеры за тысячи миль или более географически близкий операционный комплекс AEX AMANDA.
Бивердейл встал с кресла и направился к выходу – тяжелой бронированной двери, которая была зафиксирована в полуоткрытом состоянии кустарно изготовленной растяжкой, напоминавшей разводной ключ.
– Дженнифер, хотите, я заварю вам кофе? – обратился остановившийся у самой двери Бивердейл к Дженнифер.
Та, поблагодарив, отказалась.
Глава 37.
Головокружение от крутизны.
Завирдяев в очередной раз глубоко вдохнул воздух и беззаботно усмехнулся.
– Как все-таки обернулось развитие человечества, – начал размышлять он. – Теперь все, что происходит, оно происходит с определенным расчетом. На Войне вот всей беготней управляют компьютеры из штабов – если кто-то куда-то сорвался с места, то он рванул с какой-то целью – на выручку попавшему в засаду, или чтобы, напротив, вытащить свою задницу из возможного окружения. Может, для того, чтобы подбить опрометчиво вылезшую машину противника.
– На человека прошлого такая армия в качестве противника произвела бы очень гнетущее впечатление и без всякой избыточной огневой мощи. У человека прошлого сложилось бы впечатление, что это контролируемые единым разумом зомби, которым не надо ничего объяснять, и они сами бегут куда надо. Словно птицы, ловко поворачивающие сразу всей стаей. Только наши зомби не дохнут пачками и они не зомби, – про себя подытожил Завирдяев и дальше унесся в размышления, как пьяный уносится в разговор.