Сенатор Джон Кеннеди, поместье Хайеннис Порт, Масс., Спайк Кнод, дом 114 Гардения, Мобиль, Алабама; Лора Хьюз, дом 881, Пятая авеню, Нью-Йорк; Пол Богардс, дом 1489 Фаунтин, Милуоки.
Он принялся фотографировать страницы в алфавитном порядке. Держа в зубах ручку-фонарик, он фотографировал страничку за страничкой. Так он извел тридцать два кадра и дошел до буквы М.
Ноги болели — пришлось встать на карачки, чтобы фотографировать. Ручка-фонарик то и дело выпадала изо рта.
Он услышал, как в двери загремел ключ — НА ДЕВЯНОСТО МИНУТ РАНЬШЕ, ЧЕМ ОЖИДА…
Литтел вжался в стену возле двери. И принялся прокручивать в памяти все приемы дзюдо, которым его научил Кемпер.
Вошел Ленни Сэндс. Литтел ухватил его сзади и зажал ему рот ладонью. Вспомнил: «Нажимаешь большим пальцем на сонную артерию подозреваемого и вырубаешь его».
Он так и сделал — строго по Кемперу. Ленни, без малейшего сопротивления, распластался на полу. Литтел убрал ладонь с его физиономии и пинком захлопнул дверь.
Ленни не закричал, не завопил. Лицо его было прижато к складке съежившегося ковра.
Литтел ослабил давление на сонную артерию. Ленни закашлялся и рыгнул.
Литтел стал перед ним на колени. Он достал револьвер и взвел курок.
— Я — из чикагского отделения ФБР. Мне известно, что это ты убил Тони Ианноне, и если ты не будешь со мной сотрудничать, я сдам тебя Джианкане и чикагскому полицейскому управлению. Я не прошу тебя доносить на друзей. Меня интересует пенсионный фонд профсоюза водителей грузовиков.
Ленни жадно вдохнул воздух. Литтел поднялся и щелкнул выключателем — комнату залил ослепительно яркий свет.
Он увидел поднос с напитками возле кушетки. Графины граненого стекла, полные виски, бурбона и бренди.
Ленни подтянул к груди колени и обхватил их руками. Литтел сунул пистолет в поясную кобуру и достал пакет из пергаминовой бумаги.
В пакете содержались два выкидных ножа с запекшейся на лезвиях кровью.
Он показал их Ленни. И сказал:
— Я проверил отпечатки. Нашел четыре нечетких, но они совпали — с теми, что содержатся в твоем досье в управлении автотранспортом.
Что было блефом. Ни одного мало-мальски четкого отпечатка он не нашел.
— У тебя нет выбора, Ленни. Ты знаешь, что с тобой сделает Сэм.
Ленни весь вспотел. Литтел налил ему виски — от запаха у него аж слюнки потекли.
Ленни пил, держа бокал двумя руками. Его голос «крутого парня» прозвучал малоубедительно:
— Да ни хрена я не знаю про ваш пенсионный фонд. Знаю только то, что ребята, связанные с мафией, и некоторые бизнесмены просят оттуда приличные суммы, и у них там целая кредитная лестница.
— За которой стоит Сэм Джианкана?
— Это одна из теорий.
— А подробнее?
— Суть теории состоит в том, что Джианкана советуется с Джимми Хоффой по поводу каждого из претендентов в заемщики. После чего им либо дают кредит, либо отказывают.
— Существуют ли альтернативные бухгалтерские книги пенсионного фонда? Я имею в виду — секретные, с закодированной информацией?
— Я не знаю.
Кемпер Бойд всегда говорил: ЗАПУГИВАЙТЕ СВОИХ ИНФОРМАТОРОВ.
Ленни рухнул в кресло. Шизик-Ленни твердо знал: крутые еврейские парни не пресмыкаются на полу.
Литтел налил себе двойную порцию виски. Клубный шоумен Ленни не преминул сказать:
— Чувствуйте себя как дома.
Литтел сунул сумку с лезвиями в карман.
— Я просмотрел вашу адресную книгу и заметил, что адреса в ней не совпадают с адресами, содержащимися в досье программы ФБР по борьбе с организованной преступностью.
— Какие еще адреса?
— Адреса членов чикагского картеля.
— А, эти.
— Так почему они не совпадают?
Ленни ответил:
— Потому что это — не те квартиры, где живут. А такие, куда приходят, чтобы изменять женам. У меня есть ключи от некоторых таких квартир, потому что я оставляю там выручку автоматов. Я, собственно, ее и собирал, когда туда приперся этот чертов пидор Ианноне и набросился на меня.
Литтел одним глотком прикончил стакан:
— Я видел, как ты убил Ианноне. Я знаю, зачем ты приходил в «Маленькую бревенчатую хижину Перри» и почему ты — частый посетитель «Убежища Эрнандо». Я знаю, что у тебя есть две жизни, два голоса и два комплекта бог знает чего еще. Я знаю, что Ианноне набросился на тебя потому, что не хотел, чтобы ты знал и про него.
Ленни СЖАЛ свой стакан двумя руками. Толстое стекло треснуло и разбилось…
Виски потекло на пол. Смешанное с кровью. Ленни не взвизгнул, не скривился от боли, даже не пошевелился.
Литтел швырнул свой стакан на кушетку.
— Я знаю, что вы с Сэлом Д’Онофрио заключили сделку.
Ответа не последовало.
— Я знаю, что ты собираешься ездить и развлекать игроков Сэла.
Ответа не последовало.
— Сэл сам ростовщик. Может же он давать советы относительно соискателей кредитов?
Литтел сказал:
— Ну же, поговори со мной. Я не уйду отсюда, пока не получу то, за чем пришел.
Ленни принялся вытирать кровь с ладоней.
— Не знаю. Может, да, а может, и нет. Что касается Сэла как ростовщика, то он — мелкая сошка.
— А что насчет Джека Руби? Он же тоже прирабатывает этим, в Далласе?
— Джек — клоун. Не без связей, но все равно клоун.
Литтел понизил голос:
— Чикагские парни знают, что ты — гомосексуалист?
