Поразительно. Троица Уорда Литтела в чистом виде: везение, инстинкт и храбрость, граничащая с наивностью.
Моя конечная цель — найти потенциального заемщика средств Центрального пенсионного фонда профсоюза и облегчить ему путь к получению кредита. Этот человек в идеале должен стать моим осведомителем. Ленни Сэндс и (в перспективе) Безумный Сэл Д’Онофрио могут способствовать поискам кандидатуры. В данном случае идеальным заемщиком будет нечистый на руку бизнесмен со связями в криминальном мире; человек, которого можно физически сломить и пригрозить федеральным уголовным преследованием. Таковой информатор может помочь нам подтвердить факт существования альтернативных бухгалтерских книг, содержащих информацию о скрытых, а значит, незаконных активах. Таким способом мы сможем предоставить Роберту Кеннеди неограниченные возможности для предъявления обвинений. Если таковые книги в самом деле существуют, то управляющим скрытыми активам)! могут быть предъявлены многочисленные обвинения в крупных кражах и уклонении от уплаты налогов в федеральный бюджет. Я согласен с м-ром Кеннели — это может стать основой для доказательства связи Джимми Хоффы и его профсоюза с чикагской мафией и способствовать подрыву их общего влияния. Если удастся доказать преступный сговор, — а речь идет о крупных суммах и масштабных аферах в сфере финансов, — полетит не одна голова.
План был чересчур амбициозным и сопряженным с колоссальным риском. Кемпер сразу же увидел все его упущения.
Литтел явил миру сексуальные наклонности Тони-Шила. Подумал ли он обо всех возможных последствиях подобного шага?
Кемпер позвонил в аэропорт Майами и поменял билет на прямой рейс до Вашингтона на транзитный через Чикаго. Решение казалось обоснованным: если его умозаключения окажутся верными, то основательная промывка мозгов Уорду совсем не помешает.
Сгустились сумерки. Пунктуальная обслуга доставила его привычный заказ в номер строго по времени.
Он прихлебывал мартини «Бифитер» и пощипывал копченую лососину. Коллинс-авеню так и сияла светом: мерцающие огоньки окружили пляж.
Кемпер пришел в радостно-умиротворенное расположение духа. Снова и снова он вспоминал мгновения встречи с женщиной в норковой шубке и снова и снова в голове его проносились дюжины слов, которые он мог бы ей сказать тогда.
В дверь позвонили. Кемпер прошелся расческой по волосам и открыл дверь.
Джон Стэнтон сказал:
— Здравствуйте, мистер Бойд.
Кемпер впустил его. Стэнтон вошел и восхитился окружающей обстановкой:
— Бобби Кеннеди хорошо обходится с тобой.
— Не лицемерьте, Джон.
— Тогда буду говорить прямо. Ваша семья была богата, но потом разорилась, и у вас почти никого из родни не осталось. А теперь вас приняли в семью Кеннеди. И вы частенько грешите тем, что по кусочку пытаетесь воскресить былые состоятельные времена, и этот роскошный номер — лишнее тому подтверждение.
Кемпер улыбнулся:
— Хотите мартини?
— Мартини на вкус смахивает на жидкость для зажигалок. Я всегда оценивал отели по винной карте.
— Могу послать за тем, что вы пожелаете.
— Я ненадолго.
— И что у вас на уме?
Стэнтон махнул рукой в направлении балконной двери:
— Вон там Куба.
— Я знаю.
