Америкен бой полностью

— Вот нетерпеливый какой! — удивился Лом, но и сам в этот момент забеспокоился.— Что-то и правда долго... 

Он в нерешительности потоптался у двери, но влезать не отважился. Близнец был болезненно стыдлив и не переносил, когда ему мешали. Зайдя не вовремя можно было схлопотать по шее. Но время тянулось, и ничего не происходило.

Лом прижал ухо к двери. Единственное, что он успел расслышать, был звук воды.

«Что-то он долго руки моет!» — удивился Лом.

— Эй, Жека!— крикнул он в сторону зала.— Ребят там наших позови...

А сам медленно приоткрыл дверь и заглянул в туалет. Первая комната была пуста и только вода, хлестала в раковину. Лом уже знал, что произошло. Чувствуя какое-то опустошение от тошнотворного страха, он вы­тянул из кармана пистолет. Иностранцы, увидев оружие, поспешили по коридору прочь и от туалета, и от бара. А сзади подбежали Жека и Кука.

— Чего там?— они напирали в спину и, почти втолк­нули Лома внутрь.

И разом остановились: на металлической перегород­ке, разделявшей кабинки, висел на собственном ремешке совершенно мертвый Младший. Синий язык вывалился изо рта, налитые кровью и остекленевшие глаза выпуче­ны, руки и ноги связаны. На раковине спокойно лежит его пистолет. Туалет совершенно пуст.

— Как же так? —выдавил он.— Я же ни на шаг от двери не отходил...

— Может он сам? 

— Ага. Руки себе связал, чтоб удобнее было...

Жека отпустил дверь, та стала закрываться и неожи­данно громко захлопнулась. Бандиты вздрогнули и от неожиданности сбились в кучу, шаря вокруг себя выстав­ленными пистолетами. Но туалет был пуст.

— Окно! — вдруг догадался Лом.—Они через окно вошли.

— Да тут шестой этаж...

Но догадка подтвердилась. Окно действительно было незаперто.

— Хана нам,— вдруг уверенно произнес Лом, по­дойдя к трупу и рассматривая исковерканные смертью черты.— Не уследили. Постреляет нас Старший...

— Ты чего, в бега решил? Он же нас из-под земли выскребет...

Лом кивнул на труп:

— Раз такая игра идет, ему и самому недолго гулять. Вы, ребята, как хотите, а я уезжаю. Неохота раньше времени деревянный бушлат примерять...

Он сунул пистолет в карман и направился к двери, но Жека, быстро извернувшись, сильно ударил его рукоят­кой пистолета в затылок. Лом глухо заурчал, попытался удержаться на ногах, но получив следующий удар, при­пал сначала на колено, а потом и вовсе завалился на бок, звонко стукнув черепом о кафельный пол.

— Не хрена нас подставлять, падла,— прошипел Же­ка.— На дверях он стоял, да еще когти рвать собрался. Эй! — Он высунулся в- коридор.— Ребята, этого в маши­ну... А этого... Ну, снимите пока...

* * *

Ника подташнивало от колобродившего по венам адреналина. Единственное, чего он хотел сейчас, это спать. Но Катя все сидела за его столиком, меланхолично покуривая

Ник сел на свое место и плеснул себе в рюмку водки, которую с удовольствием залпом махнул. Изображение , сразу стало четче и тошнота отступила.

Он протянул Кате подарок. Она, увидев коробочку, пригляделась к ней чуть внимательнее, определила, что ее кто-то держит в руке, проследила руку и так, постепенно, дошла до лица Ника. Мгновение она изучала его весьма недоверчиво, но потом узнала и заулыбалась:

— Ой, что-то я задумалась! Совсем плохая хозяйка, не развлекаю гостя беседой... Это мне?

— Да,— улыбнулся ей в ответ Ник.— Это маленький подарок. Я надеюсь, что он тебе понравится.

Катя поковырялась наманикюренными коготками в бу­мажке и с грехом пополам сорвала оберточку. Не прошло и секунды, как она узнала в блестящем предмете, который держала на ладони, часы, и то ли действительно обрадова­вшись, то ли просто из вежливости, захлопала в ладошки:

— Ой, какая прелесть! Большое спасибо... Помоги-ка...

Ник помог ей застегнуть ремешок па худеньком за­пястье: . .

— Я рад, что угодил... Мне, наверное, пора...

Но Катя его не слушала. Подняв руку над головой, она с удовольствием рассматривала подарок. А потом ей понравилось, как извивается рука:

— Пошли, потанцуем?

Но потанцевать им не дали. В баре вдруг зажегся весь свет, появились милиционеры, правда, пока еще местные. Вместе с Жекой они, сами бледные от страха, обходили стоды и записывали в книжечку всех, кто еще оставался в баре. Проституток сноровисто выставляли на служеб­ную лестницу, чтобы те не мозолили глаза следователям, иностранцев записывали просто для того, чтобы симули­ровать хоть какие-то действия...

Наконец дошли и до столика Ника.

— Катька, кто это? — спросил Жека, кивнув на него.

— Американец! — она подслеповато моргала.— Смотри, какие он мне часики подарил...

 — Это наш,— подтвердил один из ментов.— Посто­ялец. С седьмого этажа.

— Что-нибудь случилось? — спросил Ник по-ан­глийски, обращаясь к Кате.

— Да,— удивилась та.— Ребят, а что стряслось-то?

 — Вали отсюда вместе со всеми по служебному хо­ду,— вместо ответа велел ей один из милиционеров.— Надо будет, все узнаешь...

Катя неожиданно покладисто встала и, махнув Нику напоследок ручкой, ушла.

Ник с облегчением вздохнул и, закурив, тоже вышел из зала.

В номере он без сил рухнул на кровать, полежал секунду, нопотом заставил себя встать, раздеться и принять душ.