На этот раз задачу Амет-хану ставил командир полка Л. Л. Шестаков. В те дни наши наземные войска прорвали оборону противника на реке Миус, в наступление пошли танковые и мотомеханизированные части, поэтому их бесперебойное движение через переправы на реке Миус имело важнейшее значение.
- Вашей эскадрилье первой поручается вылет на прикрытие важного объекта, - сказал Шестаков, проводя по карте линию маршрута. - Ни одна вражеская бомба не должна упасть на переправу, капитан!…
- Переправа будет действовать, товарищ командир полка.
Немногословно объяснил Амет-хан Султан боевое задание летчикам эскадрильи Борисову, Головачеву, Карасеву, Кильговатову и Малькову.
- От эффективности наших действий будет зависеть не только нормальная работа переправы, - завершил командир эскадрильи. - Главное - мы спасем жизни сотен наших солдат, поможем сохранить очень нужную в наступлении боевую технику.
Раздумывая о предстоящем задании, Амет-хан мысленно проиграл возможные ситуации над переправой. Ясно, что гитлеровцы не пожалеют самолетов, чтобы как можно быстрее ликвидировать переход через реку. Значит, его шестерке придется вести бой со значительными силами врага…
«Похоже, жаркий будет сегодня день», - подумал Амет-хан, поднимая на рассвете летчиков своей эскадрильи.
Коротка летняя ночь - не заметил, как начало алеть небо на востоке. Тревожные мысли, которые не давали долго спать, остались в землянке. Как всегда собранный, спокойный, Амет-хан легко поднялся в кабину истребителя. Холодный металл, покрывшийся крупными каплями росы, матово отражал первые лучи солнца. «Видимость отличная, - удовлетворенно отметил комэск. - Значит, облаков для прикрытия у фашистов не будет».
Эскадрилья вышла в зону на высоте 6000 метров. Затем по команде Амет-хана летчики в боевом порядке снизились до 2000 метров. Этот маневр, который шестаковцы называли «люлькой», позволял постоянно сохранять наивысшую скорость самолета, что было главным при встрече с преобладающим количеством вражеских машин. Этот тактический прием и решил использовать в предстоящем бою Амет-хан Султан.
Эффективность «люльки» была доказана и в тот день. Не успели летчики третьей эскадрильи повторно подняться вверх, как увидели три группы вражеских самолетов, направлявшихся со стороны Азовского моря. Первыми шли 20 «Хейнкелей-1 II». Вслед - еще 20 «Юнкерсов-88», а чуть позади - еще 20 «Хейнкелей-111». Амет-хан внимательно осмотрелся вокруг - истребителей прикрытия как будто не видно. Это насторожило его. Не забывая о том, что «мессеры» могут появиться в любой момент, командир эскадрильи решил атаковать бомбардировщиков. Летчики услышали в шлемофонах голос Амет-хана:
- Внимание! Все атакуем «хейнкелей»!
Летчики во главе с командиром устремились на врага. Первые «Хейнкели-111» уже в перекрестье прицелов. Амет-хан, сделав небольшой доворот, ударил по бомбардировщику короткой очередью. Фашистская машина задымилась, потянулась к земле. Нашли свои цели в этой атаке и остальные летчики эскадрильи.
Боевой строй вражеских самолетов расстроился. Они стали сбрасывать бомбы, отворачивать в разные стороны.
А на подходе была вторая группа - «юн-керсы». Времени на раздумье у наших летчиков не оставалось: внизу, по переправе, сплошным потоком двигались наши войска.
- Атакуем!…
Короткий боевой разворот, и летчики по команде Амет-хана наваливаются сверху на новую группу бомбардировщиков. Задымились еще два «юнкерса», подожженные командиром эскадрильи и Павлом Головачевым.
И тут Амет-хан с досадой заметил, что мотор его «аэрокобры» дает перебои. Однако комэск подбирается к «хейнкелю», раздается длинная очередь. Третий фашистский самолет загорается, устремляется к земле.
Оставшиеся «юнкерсы» и «хейнкели» уходят на запад. Задача, поставленная перед третьей эскадрильей, была выполнена. Ни одного прицельного бомбометания по переправе через реку Миус Амет-хан и его летчики не допустили.
Однако в этом бою молодые истребители еще раз убедились, что фашистские бомбардировщики не так уж беззащитны и умеют огрызаться огнем. В конце боя послышался встревоженный голос Павла Головачева:
- Амет! Ранен в голову. Кровь заливает глаза!
- Отставить преследование! - передал по радио командир эскадрильи летчикам, погнавшимся было за уходящими «юнкерсами» и «хейнкелями». - Саша! Карасев! Прими командование! Я иду с Головачевым на аэродром!
С тревогой наблюдал Амет-хан за «аэрокоброй» Павла Головачева. Тяжело, рывками тянулась она рядом с его истребителем. По радио Амет-хан пытался помогать товарищу вести самолет вслепую. Одновременно приходилось также и оглядываться вокруг - гитлеровцы любили подстерегать подбитые или неисправные наши машины, возвращавшиеся на аэродром. Без прикрытия они становились легкой добычей.
Раненый Головачев по командам Амет-хана дотянул до аэродрома, посадил истребитель.
