Слушая Даниялова, Амет-хан чувствовал себя очень неловко. Жалел, что согласился зайти в обком вместе с Яраги. Конечно, тогда, в прошлом году, он пережил один из очень тяжелых дней своей жизни. Однако сейчас получалось, будто приехал он в Дагестан получить компенсацию за свою обиду… Но вместе с тем встреча принесла облегчение: тысячу раз прав оказался отец, нет больше саднящей душу раны.
А потом была поездка в Цовкру, в родной отцовский край.
Делегация представителей Кубинского района, в состав которого входит аул Цовкра, встретила обкомовскую «Победу» на склоне холма Ятул-Як. Пятьдесят всадников подъехали к машинам во главе с Магомедом Бакриевым, ветераном гражданской войны. На Амет-хана накинули черную бурку, на голову надели мохнатую горскую папаху.
- Да я в жизни никогда на коня не садился! - испугался Амет-хан, когда к нему подвели белого скакуна под богато отделанным старинным седлом. - Может ты, Яраги, на нем поедешь?
- Земляки твоего отца чествуют тебя по обычаю дагестанцев, - улыбнулся Яраги Гаджикурбанов. - Ты не беспокойся. Я буду рядом на коне. Держи поводок крепко.
За годы войны Амет-хану приходилось садиться в кабину самых различных советских и иностранных истребителей. Однако никогда не чувствовал он себя так неуверенно, как в седле, верхом на красавце скакуне. Первая же попытка пустить коня вскачь, чтобы не отстать от других всадников, чуть не кончилась печально - хорошо, Яраги вовремя сбоку подхватил. Это не осталось незамеченным. Седоусый Магомед Закриев дал знак своим то варищам, чтобы укоротили поводья и пустили коней шагом…
После долгого подъема вперег показались вросшие в склон горы камеякие сакли аула Кули. Открытые веранды вокруг домов мерцали розоватыми переливами.
У здания сельского совета всадников встретила группа седобородых стариков. Председатель Кулинского сельсовета Магомед Ругуев вышел вперед с деревянным подносом в руках. На подносе лежала горская лепешка и кувшин с ячменным горским пивом - знаменитой кулинской дукра ган.
- Добро пожаловать в отчий край! - торжественно провозгласил по-русски Ругуев, предупрежденный, что Амет-хан не знает лакского языка. - Мы гордимся твоими бое-зыми подвигами, отмеченными высшими наградами Родины. И особенно гордимся, что этих наград удостоен сын лакского лудильщика Султана!
Встреча на площади закончилась митингом, на котором присутствовали не только кулинцы, но и жители соседних аулов - Цовкры, Вачи, Кая и других. Председатель Кулинского райисполкома Исрапилов приветствовал Амет-хана Султана и от имени трудящихся района преподнес Амет-хану на иамять о посещении отчего края старинную шашку в серебряных ножнах.
- Я с детства много слышал от отца о высоте лакских гор, о гостеприимстве дагестандев, - волнуясь, сказал Амет-хан. - Однако все мы знаем пословицу: лучше один раз увидеть, чем семь раз услышать. И я действительно теперь убедился, что отец говорил правду. Спасибо за встречу, за то, что признали меня своим земляком…
В Цовкру Амет-хан попал только на другой день. Опять ехали на конях. Узкая дорога шла по взгорью, то поднимаясь к уже заснеженным перевалам, то опускаясь в глубокие ущелья, по дну которых шумными каскадами скатывались бурные речки. Вглядываясь в голые, скалистые горы, лишь кое-где покрытые жухлой осенней травой, Амет-хан с удивлением думал, как могут лакцы жить в этих суровых условиях. Вокруг одни каменистые горные склоны - ни лесов, ни пашни, ни даже пригодных пастбищ. Стало понятно, почему издавна лакцы стали ездить на заработки в другие края, а то и оставались жить в новых местах, как его отец Султан.
На окраине аула в толпе цовкринцев Амет-хан еще издали разглядел дядю Касима, старшего брата отца. Касим до войны работал часовым мастером в Севастополе и часто приезжал в Алупку. Седобородый, одетый в овчинный тулуп-бартук, Касим показался Амет-хану совсем стариком.
- Наконец-то ты посетил отчий дом, - прослезился Касим, обнимая племянника. Здесь же Амет-хан увидел впервые его дочь Забидат - свою двоюродную сестру, других родственников. - Жаль, что в такой день не смог приехать в аул твой отец.
До позднего вечера не утихал шум застолья в доме Касима. 3вучали тосты, оживленно лилась беседа в горной сакле. Немногие тогда в ауле владели русским языком. Поэтому Ярагн Гаджикурбанову пришлось основательно поработят чтобы успевать переводить Амет-хану разговоры своих земляков…
В Москву Амет-хан Султан дохнувшим, переполненным впечатлениями от поездки в Дагестан. Скоро должны были начаться занятия в военно-воздушиов академии и надо было решить вопрос о жилье, пока жена с сыном находились в Алупке. В сырую, темную комнату в Карачарово Амет-хан решил не возвращаться.
В Монино его ждали тихие аудитории военно-воздушной академии, наклеенные на
полотно учебные карты, игрушечные самолетики, миниатюрные военные объекты и полигоны… Здесь молодому майору предстояло осмыслить боевой опыт своих летчиков и опыт бывшего врага, изучать воздушную тактику и стратегию.
Его боевые друзья Владимир Лавриненков и Алексей Алелюхин, а также другие,
