Двое из этой группы дагестанских канатоходцев - Рабадан Абакаров и Яраги Гад-жикурбанов - были его близкими родственниками. Амет-хан знал, как гордился отец их успехами, радовался каждой заметке в местных газетах, в которых сообщалось о выступлениях цовкринцев, хранил красочные рекламные плакаты, с которых горделиво смотрели молодые канатоходцы в экзотической национальной одежде: белые папахи, черные с белым башлыком черкески. мягкие кожаные сапоги, у каждого на поясе на узком кавказском ремне кинжал в нарядных ножнах…
Но Амет- хану несравнимо милее была летная куртка…
В очередной приезд сына домой, в Алупку, отец сразу же сообщил:
- О наших цовкринцах снова в газетах пишут! Вот, почитай статью. Это еще в мае писали…
Амет- хан взглянул на газету -то был «Крымский комсомолец». Отыскал подчеркнутое отцом место в рецензии на программу нового Симферопольского цирка, прочитал: «Особую любовь и восторженные отзывы зрителей вызывают выступления четырех дагестанцев. Молодые комсомольцы - колхозники из Дагестана - Рабадан Абакаров, Яраги Гаджикурбанов, Сабирулла Курбанов и Магомед Загирбеков выделывают самые сложнейшие акробатические упражнения на канате и на ковре и заканчивают свой номер молниеносной лезгинкой».
- Видишь, как хвалят? - искренне радовался Султан. - А на днях и в «Красном Крыме» о них статья была. А ты, кстати, бываешь в цирке?
- Недавно видел Рабадана и Яраги, - ответил Амет-хан. - Они предлагают мне стать канатоходцем.
- А ты что ответил? - спросил Султан. - Они ведь тебе, сынок, дело предлагают!…
- Сказал, что буду учиться на летчика, - твердо ответил Амет-хан.
- Послушай, Амет, - медленно начал Султан. - До сих пор я особенно не лез в твои дела. Захотел ты после семилетки в ФЗУ учиться - я не возражал. Пусть, думаю, поработает. Поехал ты в Симферополь - опять не стал тебя останавливать: каждый мужчина должен иметь профессию.
Потом появился этот, как его, ну, твой самолетные клуб. Думал, ходишь туда просто так, выполняя, как ты говорил, комсомольское поручение… Хочу, чтобы у тебя была настоящая профессия. Самое время тебе сделать выбор. Не нравится работа в депо? Почему бы тогда не стать канатоходцем? Рабадан и Яраги рассказывали, какие у них там в цирке заработки. По нашим временам, совсем неплохо…
Амет- хан молча слушал отца. Солнце скрылось за горами, и вечерние сумерки постепенно спускались с вершин Ай-Петри, окутывали дома и улицы Алупки. На потемневшем небе замерцали первые звезды.
- Мне бы твои годы - ни минуты не задумываясь принял бы предложение Рабадана, - продолжал Султан убеждать сына. - Смотри, Амет, как бы не пожалел потом!
- Не будем, папа, больше об этом, - ответил Амет-хан. - Мне тоже нравится, как выступают в цирке цовкринские канатоходцы. Но я хочу стать летчиком!…
- Ассалам алейкум, дорогой! - голос Рабадана раздался рядом. - Как ты узнал, что мы в Москве?
- Имею дурную привычку читать газеты, - улыбнулся в ответ Амет-хан. - Смотрю, в «Вечерке» статья о гастролях артистов советского цирка за рубежом. Из нее и узнал, что вы сейчас в Москве.
- Ну, прямо как у Шерлока Холмса. Все рассчитал, - рассмеялся Рабадан, набрасывая на плечи халат. - Пошли в артистическую. Сколько мы опять не виделись?
- На этот раз - немногим более дву.х лет, - уточнил Амет-хан.
В небольшой артистической комнате Рабадан усадил Амет-хана за столиком у окна, положил перед ним альбом с зарубежными газетными вырезками К статьям были заботливо приложены переводы.
- Молодцы цовкринцы! - те удержался Амет-хан от похвалы. - За рубежом о вас как о наших космонавтах пишут.
- Ну, до космонавтов нам далеко - ответил Рабадан, переодеваясь за ширмой. - Слушал сегодня радио? Павел Попович на «Востоке-4» летает в космосе рядом с Андрияном Николаевым! А может, скоро мы услышим, что в космосе Амет-хан Султан?…
- Вот это ты вряд ли услышишь, - улыбнулся Амет-хан, продолжая перелистывать альбом. - С меня другой работы хватит. А вообще учти, дорогой: любой шаг в космосе начинается на земле.
Большего Амет-хан говорить не имел права и поспешил переменить тему разговора. Сказал, что на днях звонил отец из Алупки, где гостят родственники Рабадана, пытаясь скрасить одиночество Султана, который тяжело переживал кончину Насибы.
- Как там дядя Султан? - поинтересовался Рабадан. - Знаю, как ему нелегко, хорошо, хоть сестра смогла к нему вырваться…
- Пока держится. Хотя после смерти матери сдает. Помочь ему там не могу, а отец о переезде сюда и слышать не хочет…
И все- таки хоть и не слишком веселый, но близкий сердцу разговор отвлек Амет-хана от тягостного впечатления прошедшего дня.
7
- Амет, прибыли в зону, - послышался в шлемофоне голос штурмана-испытателя Петра Кондратьева. - Приготовиться к сбросу!
- Есть приготовиться к сбросу! - повторил Амет-хан, косясь на приборный щит самолета. В соответствии с программой теперь в полете нужно было соблюдать строгий режим как по высоте, так и по скорости.
