— Оправдывайся теперь! — хохотнула Амина, — все всё поняли. Так что, не отвертишься!
— Вы поняли неправильно, — решил я помочь Маше, — а ты не оправдывайся! Чем больше ты будешь им объяснять, тем больше они будут до тебя докапываться. Не реагируй. Со временем они найдут себе новую жертву.
— И ты поменял её на Водяного? — скептически заметила Маша, — я даже благодарности от неё не услышала, за то, что её спасли.
— Мань, не суди людей поверхностно, на самом деле всё сложнее! — сказал я.
— Да, Мань, ты чего? — поддакнула Алиса, — эх, сейчас бы яблочко захрумкать… — мечтательно добавила она.
— Наркоманка проклятая, — усмехнулся я, — ты мне так и не объяснила, что ты тут делаешь!
— Ты же исчез! — сказала Алиса, — а раз сам не вернулся, значит, по-любому влип. Пошли тебя искать.
— Вот тебе и ответ, — повернулся я к Маше, — она полезла сюда меня вытаскивать. А всё остальное, это пыль на ветру. Да, манера общения у неё своеобразная… у них, — посмотрел я на Амину.
— Э-э-э-э! — хором замычали они.
— Не нужно меня с ней ровнять, я это я! Я уникальная! — сказала Амина.
— Взаимно! — презрительно глядя на неё, сказала Алиса.
— Что и требовалось доказать! — улыбнулся я, — рассказывай быстрее, у нас мало времени.
— Да что рассказывать, Петя твой мне всю плешь проел: «Пойдём искать, да пойдём искать! Чувствую, что-то случилось!»
— Петя! — воскликнул я и бросился в завал, — Фаер, помоги его вытащить!
— Ага! — крякнул дед и полез следом.
Как и сказала Алиса, Петя был жив. На голове у него уже запеклась кровь, видимо, удар он получил хороший. Он лежал в дыре между двумя длинными бетонными блоками. Место было хорошее, случайный магический рикошет сюда вряд ли достанет. Мы с Фаером его аккуратно оттуда вытащили и понесли наружу. Там нашли горизонтальный бетонный блок, на котором Петя уместится в полный рост.
— В общем, — продолжила Алиса, когда мы закончили возиться с Петей, — уговорил он меня, и мы пошли тебя искать. Тем более, ты уже сутки как исчез, к тому моменту. На выходе охрана не видела, чтобы ты выходил, следовательно, оставался только нижний тоннель. Он оказался открыт, так что стало понятно, куда ты ушёл. Пошли мы уже, когда дело было к ночи, и поэтому лазить нам там по берегу пришлось в темноте. Надеялись найти какие-нибудь твои следы. Я предлагала отложить до утра, но Петя прям очень встревоженный был и настоял на том, что нужно искать сейчас.
— Алик, все тебя ищут, все стараются помочь… чем ты так хорош? — задумчиво проговорила Амина.
Алиса бросила на неё раздражённый взгляд и продолжила:
— Искать долго не пришлось! И тут мы возвращаемся к тому, что весь твой путь, Алик, буквально усеян бабами! Он просто выстлан ими!
— Что ты имеешь в виду? — немного растерялся я.
— А то, что засунь тебя в воду, ты и там бабу найдёшь! — сказала Алиса, — мы познакомились с твоей рыбой!
— Честно говоря, фактически так и было… — я почесал затылок, — Рита хорошая, она мне жизнь спасла.
— А кто у тебя плохой? — удивилась Алиса, — у тебя все хорошие! Но должна сказать, что я-то думала ты кабель, а ты оказывается котяра! На рыбку позарился! — сказала Алиса и звонко рассмеялась.
— Похоже, что ты долго эту шутку готовила, чтобы мне рассказать, — сказал я.
— Ага, — радостно кивнула Алиса, — я даже умирать больше всего не хотела, потому что с тобой не успела ей поделиться!
— Теперь, значит, можно и умереть? — поддела её Амина.
— Вот ещё! Теперь всё только начинается! — сказала Алиса, — в общем, Алик, ты у нас бабник!
— Нет! — простонал Петя.
— Что нет? — повернулась к нему Алиса, — ты вообще без сознания валялся, только очнулся, сразу спорить. Кто мне говорил, что у него есть способ выжить, а сам отключился, и всё! Если бы не Алик, нас бы уже размотали!
— Значит, Алик всё-таки хороший? — поддела её Маша.
— А я и не говорила, что он плохой, я говорила, что он бабник, — сказала Алиса.
— А ты что, ревнуешь, что ли? — с вызовом сказала Маша.
— Он не бабник, — снова подал голос Петя, — вы просто ничего не понимаете в психологии.
— А ты типа понимаешь? — скептически заметила Алиса.
— У Алика просто есть больная тема. Он всегда очень остро реагирует на один триггер… — начал Петя.
— На что, на что, он остро реагирует? — переспросил Фаер, которому это слово оказалось незнакомо.
— На раздражитель, — сказал Петя, — для Алика эта больная тема звучит как «девушка в беде». И видя такую ситуацию, он всегда старается такой девушке помочь. А вы думаете, что он бабник. Ведь вроде бы сами женского пола, и должны понимать кто такие бабники, но почему-то не понимаете. Бабники, это совершенно другая психологическая девиация.
— Что психологическая? — переспросил Фаер, который слушал с таким интересом, что, казалось, дай ему бумагу и ручку, он тут же примется записывать.
— Отклонение, — сказал Петя.
— Так что же получается, Алик у нас с отклонением? — удивился Фаер.
— Да, — сказал Петя, — только отклонения или девиации, если по научному, бывают положительными и отрицательными с социальной точки зрения. Бабник, это отрицательная девиация, а у Алика она положительная. Он всем старается помочь.
