Леди поджала губы, пожалев, что и в правду не всегда осознавала, с кем имеет дело. О некоторых вещах стоило бы и промолчать, чтобы не потерять лояльность Всадника Смерти к Эстеру. И к ней лично. Но о последнем она старалась не думать.
— М-м-м, некоторым кажется странным то, как мы с тобой близко общаемся, — неуверенно протянула Леди. В конце концов, не лгать же ей Всаднику, ему ничто не мешает прочесть ее мысли, а она уже прокололась. — Я безмерно благодарна тебе за помощь и участие, но то, что ты вновь внезапно пришел ко мне на подмогу, точно не останется без внимания посторонних.
— Ты права, со стороны это и правда может выглядеть странно, — Дэвид задумчиво посмотрел в сторону проема, в котором не так давно скрылась целительница.
Леди уже испугалась, что он скажет сейчас, что теперь вынужден будет соблюдать дистанцию, подобно другим Всадникам до него, но Дэвид сказал совсем иное:
— Но как мне еще поступать, если мисс Тали слишком горда и непреклонна, чтобы самой просить о помощи?
— Что? Я… — опешила Леди от такого поворота разговора, вновь позабыв, кто перед ней — простой человек, наделенной большой властью, или всемогущий и бескомпромиссный Всадник Смерти. — Мне кажется, я и так позволила себе уже слишком много вольности в общении с тобой…
— Я слышу в вашем голосе сомнения, мисс Тали, — неожиданно лукаво улыбнулся Дэвид, и прежде, чем у Леди появилась возможность оспорить его слова, он поспешил сменить тон разговора. — В твоем случае границы моей компетенции чуть более размыты, чем в вопросах города, и после всего, что с вами случилось, я не мог не помочь хотя бы так. Хотя бы тебе.
Леди ничего не оставалось, кроме как открыть рот в немом вопросе, но так и не озвучить его. Одних только слов «что с вами случилось» хватило, чтобы напомнить о череде событий, которые друг за другом высасывали из нее все силы, желание жить и бороться дальше. Анна, Эш, Джоан, Квентин, Дин… Пленка на сердце, на некоторое время защитившая ее от боли, обещала порваться в любой момент.
— Что нам делать, Дэвид? — в отчаянии спросила Леди, отбросив этот глупый романтический флер между ними. — Мы остались одни против всего мира…
— Чем гуще Тьма, тем ярче Свет, — без тени иронии ответил он, смотря Леди прямо в глаза. — И поверь, это не просто слова. Темные не первый раз пытаются захватить Вусмиор, но рано или поздно становятся жертвой собственной алчности и амбициозности. А Амхельном правит сейчас крайне амбициозный человек.
— В случае Эгго, это будет скорее поздно, чем рано…
— Но оно будет. Вами правит надежда, а перед ее силой никакой эфир не устоит.
— Главное не терять надежду? — с улыбкой спросила Леди.
Когда-то давно она бы, может, и поверила ему, но сейчас Дэвид не уговорил ее. Все это и правда были только слова.
— Я сделаю все, чтобы ты мне поверила, — он тоже ответил улыбкой, но полной уверенности.
— Если только убедишь Смерть, что его пресловутое равновесие работает неправильно. Нет никакого баланса в бесчисленных убийствах одних по причине потворства инстинктам и желаниям других.
— Кажется, вы, мисс Тали, знаете об этом мире что-то, чего не знает сам Создатель, — нравоучительный тон Дэвида совсем не понравился Леди, в нем сквозил привычный холод и пренебрежение других Всадников.
— Я знаю кое-что о безнаказанности и отсутствии выбора там, где он должен быть, — сухо отрезала Леди. — Да, не мне судить о сотворении мира, но будь моя воля, тут все бы было иначе.
— Не зря лорд Орел так неравнодушен к тебе, по амбициозности ты ему не уступаешь, хотя и умело это скрываешь. Вы оба стремитесь изменить этот мир под стать своим взглядам.
— Мне не нужен весь мир, Дэвид, — разочарованно покачала головой Леди. Она чувствовала нарастающую усталость. От всего пережитого, от восстановления барьера и от этого разговора. — Я лишь хочу защитить тех, кто доверил мне свои жизни, вот и все.
Тали не сдержалась и перед тем, как уйти, бросила на Всадника обиженный взгляд. Он больше ничего не сказал ей вслед, а Леди, кажется, наконец, развеяла все свои заблуждения на его счет. Она подумала, что для него весь этот баланс и равновесие — лишь игра, правила которой можно умело нарушить, если захочешь.
Но кем бы ни пытался казаться Дэвид, он по-прежнему был слугой Смерти. Тем, кто стоит над всеми бедами, которые вынуждены переживать изо дня в день простые люди. Тем, кто в какой-то степени виновен в их страданиях, оставаясь равнодушным тогда, когда больше всего нужна его помощь.
Думать всерьез о том, как вызволять из плена Джоан, Квентина и Дженнифер, было невозможно без участия лидера ячейки шпионов в Лонде-Бри Нейтана Блейка. И обсуждать детали такого проблемного со всех сторон плана без его личного присутствия — тем более. Поэтому одним из первых указаний Леди после амхельнского эфира новостей было открытие портала для срочного перемещения Блейка в Эстер. Но каково же было ее удивление, когда по прибытию бывший преподаватель тайных стражей рассказал, что не только был свидетелем пленения подопечных Тали, но и, по сути, помог им попасть в руки врагов.
