— Вовсе не ревность. Я испытывал отвращение, — брезгливо сморщившись, возразил Пол, сделав еще один шаг мне навстречу. — Мне все опротивело. Опротивело то, в кого мы превращались. Опротивели все те тусовки с пустоголовыми людишками. В погоне за… ничтожными удовольствиями.
Я стояла неподвижно, удерживаясь от возражений. Его гнев постепенно угас, и он взглянул на меня с вожделением.
— Помнишь, какими мы были? Тогда, в молодости? Когда встретились?
— Помню.
— Мы стали хорошей командой, Эм.
— Конечно.
Его налитые кровью глаза блуждали по мне. Затем он раскинул руки. Ему захотелось объятий.
Я направилась к нему, пытаясь не выдать своего ужаса. Я действовала инстинктивно, пытаясь успокоить его, заставить думать, что все в порядке. Но когда Пол заключил меня в объятия, я невольно взглянула на гаражный верстак. Инструменты висели на стенде с прорезями. Пустовало только место молотка.
От Пола пахло смесью пота и свежего воздуха. Я чувствовала его дыхание в своих волосах.
— Я жил в лесу, Эм. Жил там все это время. Три недели, верно?
— Верно, — приглушенно ответила я, уткнувшись носом в его шею.
Он рассеянно поглаживал мне спину.
— Вертолеты, собаки — я ускользнул от всех преследований. Набрел на охотничий домик, взломал его и некоторое время питался тамошними припасами. Я понятия не имею, где блуждал. А потом нашел след лесовоза и по нему вышел к озеру. Оттуда я уже знал дорогу сюда. Но продолжал скрываться. Был еще не готов… Поэтому бродил по округе. Поблизости от озера. Потом взломал дом соседей. — Пол рассмеялся, и я ощутила, как от смеха задрожали его торчавшие ребра. — Я же знал, что они уехали, а у них дерьмовая охранная система. Но мне попадались и другие пристанища, те, что даже не запирались. Так что я просто спал то здесь, то там, бодрствуя по ночам. Пару раз принял душ, стащил кое-какую одежду… В общем, бродяжничал, пока не понял, что копы перестали меня искать. Должны же они были когда-нибудь бросить поиски, верно? Должны были понять, что я уже, скорее всего, мертв.
Пол отстранился от меня. Но не выпуская из объятий, посмотрел мне в глаза.
— Тот детектив… Старчик — он выжил?
— Ему сделали операцию, — кивнув, сообщила я, — и через неделю выписали из больницы. Он мало что помнит.
— Похоже, амнезия заразна, — рассеянно произнес Пол, глянув на наш дом у озера. — Я следил за домом. Видел, как все тут сновали туда-сюда. Куча копов. Но они не появлялись уже три дня. Остались патрульные, только они теперь заезжают проверить, все ли у тебя в порядке.
Он был прав.
— Так что ты собираешься делать? — спросила я.
Пол выглядел погруженным в мысли. Как будто впервые задумался об этом, но, конечно, это не так. У него было полно времени, чтобы подумать о своем будущем.
— Я не сделал ничего сверхъестественного, такое бывает, — сказал он. — Порой множество людей испытывают побуждение к убийству. Мы сопротивляемся ему, потому что нам страшно. Но я просто победил страх.
«Неужели он намекает на невменяемость? Состояние аффекта, временное помешательство?»
— А потом ты защитила меня. Я даже не планировал этого. Ты действовала по собственному почину. Потому что мы были командой. Эм, мы ведь
— Звучит слегка угрожающе.
— Нет, ничего угрожающего. — Пол хмыкнул с таким видом, будто я сказала глупость. — Я лишь имел в виду, что тогда тебе удалось защитить нас, нашу семью, и ты сможешь сделать это вновь, сейчас. Мы сможем все вернуть. Сможем сохранить семью.
Я пристально посмотрела на него. Если честно, то да, отчасти мне хотелось верить, что мы сможем все исправить. Но я понимала: во мне говорит лишь старая привязанность. Я провела с этим человеком почти половину своей жизни. И трудно свыкнуться с мыслью, что мы прожили ее, в сущности, во лжи.
— Если мы — команда, — сказала я, — то тебе надо признаться в том, что ты сделал.
— В чем признаться? О чем ты говоришь?
— Признайся во всем мне, вот что я имею в виду. Если мы собираемся выкрутиться, то с этого момента нам нужна полная честность. Никому не надо знать о Мэдисон и Хантере, ведь никто тебя не видел и не сможет ничего доказать. А без новых доказательств ничего нельзя сделать и с делом Дэвида Бишопа.
В сгущавшихся сумерках черты лица Пола выглядели размытыми, и мне было трудно оценить его выражение. Может, он подумал, что я пытаюсь устроить ему ловушку?
— Насколько известно, — медленно ответил он, — Майкл мог убить и того хиппового парня, и его подружку Тремонт. А что касается Дэвида Бишопа, то разве кто-то знает об этом, кроме тебя?
Он был прав. Не считая самого Пола, у меня имелась самая полная информация. С тех пор как появился Майкл, я отчаянно пыталась сохранить ее в тайне, но не получилось. Не могло получиться.
Пол устремил на меня пытливый взгляд. В полутьме лишь поблескивали зрачки.
— Эм, мне хотелось вернуть нашу семью. И поэтому я сделал то, что сделал.
Я не стала сразу оспаривать его заявление.
— Нет, Пол, — помедлив, возразила я, — мне нужен честный ответ. Или ты ничего от меня не добьешься.
