— Я, честно говоря, вообще не до конца верю, что ты правда здесь, — он видел её хитрые глаза из-за высокого меню, и это заставило что-то внутри затрепетать.
— Вот как? Ни одного знакомого за столько лет в этом укромном уголке?
Его сарказм заставил её коротко рассмеяться и отложить меню в сторону после сделанного выбора. Она поставила локти на стол, а подбородок на ладони, смотря на Драко в упор.
— Не то, чтобы меня было кому искать.
Теперь смеялся уже Драко, также тихо и с явным удивлением.
— Шутишь? Моя газета пестрила новостями о том, что тебя видели то в Лондоне, то на Ямайке, то в Китае просто постоянно!
Гермиона приподняла брови.
— Выходит, никто не угадал.
— Выходит, что так, — он подозвал официанта и махнул рукой для нее, давая шанс заказать первой. Она ждать не стала, отдавая четкие указания, а после умолкла, ожидая Драко. Возможно, что именно из уважения к нему, она перешла на английский. Или просто стеснялась говорить на итальянском.
Когда еда была заказана, Малфой снова обратился к своей спутнице на этот вечер.
— Расскажешь мне, как так вышло, что Золотая Девочка гриффиндора затерялась в Италии?
Ему действительно было любопытно, и она, кажется, это понимала. Гермиона едва покраснела, покручивая ножку бокала двумя пальцами.
— Наверное, именно из-за того, как ты меня сейчас назвал…
— Золотая девочка? — переспросил он.
Она кивнула.
— После войны на нас многое свалилось. Ответственность, награды, слава. Я хотела… чего-то другого, наверное. Поэтому все бросила и уехала.
Нет, вот это удивительно для него не было. Сам Драко миллион раз думал все бросить, сдаться, сменить имя, уехать на другой конец света и начать новую жизнь. Но он был изгоем, а она героиней.
— Почему Флоренция?
— Одна из столиц мирового искусства. Красивый город, где меня никто не знал. И самое неочевидное место, — она была так умиротворена и почти не волновалась рядом с ним. Ему хотелось спросить почему, они ведь вроде как бывшие враги.
— Да уж, тут я бы и не додумался искать.
— А у тебя как? — Гермиона чуть выпрямилась, на нее явно давило напряжение прошедшего дня, полного рабочих моментов. — Чем занялся в Лондоне?
И вот тогда он открыл рот, и больше они не замолкали ни на секунду. Драко с трудом мог понять, где заканчивается он и начинается она в мыслях и темах. Едва ему стоило зацепиться за новую тему для разговора, она тут же ее подхватывала, высказывала свое неординарное мнение, а потом спорила с ним. И Мерлин, Малфой был бесповоротно очарован.
Он рассказал ей о магических изданиях, как продажен был Пророк даже после войны и что именно поэтому он захотел открыть свою собственную газету. Гермиона говорила ему о коррупции нынешних политиков, что в Англии в ближайшее время скорее всего будет резкая смена власти и направления развития. Она легко рассуждала о политике, экономике, на салфетках, попросив ручку у официанта, объясняла ему какие-то схемы, а он кивал как идиот.
Потом она смеялась над очередной шуткой: своей или его, неважно, её смех был так заразителен, что Драко смеялся вместе с ней. Часы пролетали незаметно. Закуски сменились главным блюдом, они десертами, а вино стремительно заканчивалось в бокалах.
И только когда официант вежливо сообщил им о закрытии, что-то переломилось, и они поняли, что засиделись. Гермиона в спешке попросила карамельный пудинг с собой, натянула на шею шарф и посмотрела на Малфоя. Он не знал, что ей сказать. Возможно, он мог бы легко назвать этот вечер одним из лучших в жизни.
Он позволил себе рискнуть, предлагая ей свою руку, и Грейнджер согласилась, обвивая ладонями предплечье, чтобы шагнуть в ночную и прохладную Флоренцию.
— Выходит, ты тут на несколько дней? — поинтересовалась она, пока они шли по площади по направлению к её дому.
— Думаю, что улечу сразу пятнадцатого, дела не ждут. Боюсь, в импровизированный отпуск никто меня не отпустит, — тяжело вздохнул Драко в ответ.
— Собственного босса? — Гермиона приподняла брови, и он понял, что она пытается его подловить. Парень усмехнулся, качнув головой.
— Ты слишком умна, чтобы считать, что, если я владею компанией, я могу сутками не работать.
— О поверь мне! Я так не считаю. Драко, я работаю директором в картинной галерее, — горячо возмутилась Грейнджер, и это заставило его улыбнуться, — половина мира считает, что я просто целыми днями хожу по залам и задумчиво киваю головой.
— Чем ты занимаешься на самом деле?
Ему искренне было интересно, в чем состоит большая часть ее работы. Гермиона выглядела уставшей после рабочего дня, а значит все было не так просто, и был подвох. Она не стала искать сарказм в его словах и просто начала рассказывать.