– Внимание! Километр Волшебства крайне опасное место. На первый взгляд вроде ничего сложного на дороге нет. Нет реки, через которую надо переправляться, ям, развалин, гор. Красивая местность, цветы вон растут.
– Да, да, – запрыгала Куки и потянулась к оранжевой ромашке. – Никогда не видела такую большую.
– Не трогай, – предостерегла Капа, – укусить может.
– Да ладно, – засмеялась Куки, – я уже не маленькая, меня не проведешь. Отлично знаю, что у растений зубов нет. И вообще, в Прекрасной Долине никто клыки в ход не пускает. Перестань мне замечания делать. Я сама умная, поступаю как хочу.
Куки ткнулась носом в яркую шапку цветка, покачивающуюся на длинном стебле. Лепестки быстро сложились и обхватили нос мопсихи.
– Ай-ай-ай, – завизжала Кукася, – ай-ай-ай!
Мафи кинулась к ромашке и дернула ее за жирный стебель. Цветок чихнул и раскрылся.
– Ой, ой, – рыдала Куки, – мне больно! Очень!
– Сейчас, сейчас, – засуетилась Феня, вынимая из своей сумки пузырек и марлевую салфетку, – вот, положим компресс на мордочку. Через пару секунд тебе станет легче.
– Что цветок сделал? – плакала Куки.
– Не знаю, дорогая, – призналась Феня, – возможно, укусил тебя или обжег… Никто понятия не имеет, на какие действия способны те, кто населяет Километр Волшебства. Сюда ни один житель Прекрасной Долины не ходит.
– Зачем тогда камни и оправу спрятали там, куда через поганое место идти надо? – удивилась Мафи.
– Редкие личности решатся на поход по Дороге Искушений, – сказала Фенечка. – Я таких не знаю, а ты, Капа?
– Не слышала, чтобы кто-то по своей воле сюда сунулся, – вздохнула Капитолина. – Куки, когда Старейшины сделали Амулет Добра, они подумали, что с ним может случиться беда и Прекрасная Долина окажется беззащитной перед лицом зла. Чтобы этого не случилось, был изготовлен комплект особых камней и оправа. Если талисман погибнет, можно будет быстро собрать второй.
– Что-то вроде конструктора? – предположила Антонина.
– Да, – кивнула Феня, – есть чертеж и инструкция, как собрать дубликат. Но ведь неправильно хранить запасной оберег вместе с основным. Великий ученый Карл, отец Черчиля, поместил все необходимое в пещеру в горе. Никто, кроме самого Карла, не знал о тайнике.
Феня осеклась и пробормотала:
– Ну… э… вот.
– Дорогая, – сказал Черчиль, – думаю, теперь можно открыть всем правду, которую ты верно хранишь.
Фенечка выдохнула.
– Как-то раз Карл позвал меня и сказал: Фенюша, мне пора в мир людей. Черчиль возвращается. Какое-то время он, как ты понимаешь, будет неразумным щенком. Все воспоминания к нему вернуться в три года, но я на тот момент буду с теми, кого охраняю, и не смогу ничего рассказать сыну. Феня, ты моя лучшая ученица, самая умная, поэтому слушай про Амулет Добра.
Я была поражена тем, что узнала, а Карл предупредил:
– Феня, информация о местонахождении тайника и другие сведения записаны мною в Волшебную книгу. Передай мои слова Черчилю. Если случится беда, откройте том и действуйте, как там будет указано.
– Папа ушел в семью работать Хранителем, – вступил в беседу Черчиль, – я вернулся в Прекрасную Долину, и Фенюша через три года сообщила мне о словах Карла.
– Черчиль воскликнул: «Папа объяснил, как открыть книгу?» – вздохнула Феня, – и очень расстроился, когда узнал, что нет.
– Карл забыл сказать, каким образом вскрыть футляр-шар, – улыбнулся Черчиль, – папа очень рассеян. Я надеялся, что до возвращения Карла ничего дурного не случится. А Феня стала искать в старинных манускриптах руководство к Волшебной книге. Фенечка упорная, она его нашла. Дорогая, я горжусь тобой!
– Да ладно, – смутилась мопсиха и поправила очки, – я люблю читать, получила много удовольствия, роясь в архиве, куда ты меня впустил. Я счастлива, когда работаю, мне ничего, кроме книг, не надо. Замуж совсем не хочу и о детях не мечтаю.
– Мы с тобой похожи, – удивился мопс, – я тоже испытываю всеобъемлющую радость, беря в лапы научные трактаты. Почему ты раньше мне о своей поглощенности наукой не говорила?
– К слову не пришлось, – пробормотала Феня и опустила уши, – не люблю попусту болтать.
– И я не особо разговорчив, – сказал Черчиль, – еще мне не нравятся шум, сплетни, поэтому я не хожу на вечеринки.
– Да, да, – подхватила Фенюша, – лучше посидеть над книгой. Знаешь, незадолго до того, как мы отправились в путь, я, реставрируя одну летопись, научилась писать заглавные буквы, как дог Марк, составитель первой книги о Прекрасной Долине.
– Почерк можно разработать, – вздохнул Черчиль, – а вот особые чернила… Увы, их рецепт утерян, а Марк уже много лет хранит монастырь, расположенный так далеко в горах, что туда даже почтовому жабу не добраться. Фенечка, ты, возможно, напишешь буквы, как Марк, но из-за отсутствия специальных чернил они всегда будут казаться неправильными.
Феня сняла очки, подышала на стекла, протерла их замшевой тряпочкой и сказала:
– Я обнаружила рецепт чернил и сделала их. Буквы получились невероятно красивыми. Надеюсь, моя работа понравится Марку.
– Фенюша! – ахнул Черчиль. – Вот это новость!
