Сколько раз она замечала, что они могли говорить об одном и том же, но из-за своих темпераментов думали, что имеют противоположные взгляды. Иногда они просто не слышали друг друга. И она, восьмилетняя девочка, в такие минуты казалась себе мудрее их.
Иногда ребёнок может понимать больше, чем взрослый.
– Почему вы всё время ругаетесь?
– Мы не ругаемся. Разве это ругань? – удивился он. – Мы просто так разговариваем.
Она посмотрела на него. Ему тут же пришлось согласиться.
– Это такой громкий разговор, скажем так. Это же не значит, что мы ссоримся, правильно? У нас всё в порядке. Просто иногда бывает обмен мнениями. Но в пределах разумного.
– Вы любите друг друга?
– Конечно любим! – Он посмотрел на неё и сильнее прижал к себе. Потом понял, что она спрашивает серьёзно, и искренне добавил: – Обещаю тебе, ты больше никогда не увидишь нас такими. Хорошо? Отцы не врут. – И он рассмеялся.
Уна обняла его.
– Мне нравится здесь. Это место похоже на наш дом.
– Всё будет хорошо, – пообещал Стивен. – Вот увидишь.
Уна вспомнила слова старого таксиста. То, что он говорил о Моране. Она представила, как злая горбатая колдунья ходит вокруг их дома, дожидаясь момента, когда можно будет похитить сердца её родителей. Стивен заметил её напряжение.
– Что такое? – спросил он. – Что случилось?
Уна не была уверена, стоит ли ей говорить о том, что сказал Лу. Но она всё-таки решилась.
– Это правда, что кто-то может украсть ваши сердца? И вы перестанете любить друг друга.
– Кто? – засмеялся Стивен.
– Ну… какие-нибудь ведьмы.
Отец улыбнулся и обнял её крепче.
– Ведьмы существуют только в фильмах, – сказал он. – Ну, может, ещё в книгах. В нашем городе ведьм точно нет. Разве только пара штук у меня на работе.
– Правда? – Девочка была совершенно серьёзна.
– Конечно. Сто пятьдесят процентов!
– А волшебство?
– Волшебство?
И в этот момент десятки жёлтых глаз раскрылись в темноте зарослей, окружающих дом. Но Стивен и Уна не могли их видеть с высоты своего седьмого этажа. Фары машины, проезжающей к соседнему дому, осветили дорогу. Жёлтые глаза одновременно захлопнулись.
Шум машины стих.
– Волшебство, конечно же, есть. Вот оно, находится со мной сейчас. На этом самом балконе. – Он прижал её к себе.
– А Морана?
– Какая Морана? Это твоя новая подруга?
– Нет. Это она крадёт сердца людей.
Стивен посмотрел дочери в глаза. Она была по-настоящему встревожена.
Он погасил улыбку на своих губах и ответил:
– Это просто выдумка. Но я… могу выдумать тысячу историй получше этой. Как тебе такой вариант?
Он снова покрепче обхватил дочь руками и уже было собрался рассказывать свою очередную сказку, как на балконе появилась Мэриэнн.
– Время вышло, – объявила она. – Детям пора в кровать. Завтра у кого-то важный день.
С мамой спорить бесполезно. Пусть папа ещё и не успел рассказать свою сказку, её не убедишь. Поэтому нужно было смириться и идти спать.
Спустя некоторое время, когда Уна уже была в кровати, Мэриэнн зашла пожелать ей спокойной ночи. Она поправила одеяло и поцеловала дочь в лоб.
– Мам, а ты веришь, что волшебство вокруг нас? – спросила Уна.
– Ну, для твоего папы, может, и так, но для людей, живущих в реальном мире…
– Нет, – перебила её Уна. – Ты помнишь, что Лу сказал?
– Лу? Какой Лу?
– Дяденька из такси.
– Ах, этот… Он какой-то с приветом. Не обращай внимания. – Мэриэнн провела рукой по её волосам. – Давай, уже пора спать. Поздно уже.
– Я очень переживаю из-за этого.
– Из-за чего?
– Из-за Мораны.
– Какой ещё Мораны? – не поняла Мэриэнн.
– Она же может украсть ваши сердца.
– Не говори глупостей.
– Но Лу…
– Я даже не хочу про него слышать! Надо позвонить его начальству и сказать, что его дурацкие истории пугают детей. Наговорил тебе невесть чего!
– Не надо звонить! – испугалась Уна. Она совсем не хотела, чтобы из-за неё кого-то наказывали, особенно такого добродушного человека, как их новый знакомый. – Просто мне страшно за вас.
– С нами ничего не случится. Вот увидишь. А на эти глупые бредни не обращай внимания. Это всё выдумки.
– Правда?
– Ну конечно. Это просто страшная сказка. Глупая, правда. Он просто хотел тебя напугать. Не надо переживать. – Она ещё раз поцеловала девочку в лоб. – Всё будет хорошо. А теперь спи.
И она вышла из комнаты.
Уна лежала какое-то время с открытыми глазами, думая о том, что сказал ей таксист. У неё почему-то совсем не было ощущения, что добродушный старик – человек ненормальный. Или что он желал Уне или её матери зла.
Мог ли он всё это придумать? Но для чего? Она не понимала. Но, в конце концов, она всего лишь ребёнок и действительно может чего-то не понимать.
Может, и правда не так всё и страшно. Ей захотелось поверить, что это всего лишь выдумка. Но мысли о Моране не отпускали девочку.
Уна попыталась представить, как она могла бы выглядеть. Её воображение рисовало старуху с кривым носом, в широкополой чёрной шляпе и развевающемся чёрном плаще. В руках Морана держала пылесос и высасывала им сердца из людей.
Девочке представлялось, что она сражается со злобной ведьмой верхом на своём попугае Васе, который в её фантазии стал огромным, как орёл.
