Через три дня, чтобы сохранить хотя бы видимость гордости и независимости, она пришла туда. И тоже… будто ничего и не было. Шумные восторги Перри, спокойная доброжелательность Нормана, милая болтовня Мирты и ехидные шуточки Элли, чуть насмешливая улыбка Рассела и влюблённые глаза Гуго. Правда, после знакомства с Алисой он никаких новых атак не предпринимал. Хоть какое-то облегчение.
Она смогла быть, как все. Говорить о пустяках, отшучиваться от комплиментов Перри, улыбаться, чётко и быстро печатать. И… и Норман сдержал слово. Ей прибавили. "Плата за подлость", — усмехнулась Женя, пряча деньги. Показалось ей или нет, что Элли выглядела какой-то смущённой и держалась несколько скованно? С ней что, тоже "побеседовали"? Это же она рассказала Норману о Паласе, обещала познакомить, помочь сделать заказ. И он заказал… шесть случаев жёсткой работы.
Женя бежала домой, почти не разбирая дороги. А зачем её разбирать, когда она её знает, знает настолько, что может идти и вслепую, не глядя. Она столько дней работала там, сидела с ними в одной комнате, принимала их ухаживания и ни о чём…. ни о чём не догадывалась, ничего не подозревала. И какое же… нет, не счастье, счастливая случайность, что она не проболталась им ни о чём, что они знают только одно: у неё незаконная "недоказанная" дочь и всё, всё! Больше ничего! Вспомни, как ты жила раньше, и всё опять. Стисни зубы и помни: все враги, ни доверять, ни рассчитывать ни на кого нельзя.
И дома она в том же холодном ожесточении быстро, с каким-то остервенением готовила, убирала, стирала, и единственная радость, что Алиса спит и не видит её такой. А то может испугаться. А детские страхи, как её учили на занятиях по психологии, могут потом очень вредно сказаться на всей жизни. Хватит ей собственных страхов, чтоб ещё и Алису… Нет, тогда она со всем справилась, справится и сейчас.
С этим Женя и уснула.
* * *
После отъезда Фредди прошло два дня. Андрей, правда, попытался завести разговор о доверии белым, но Эркин взревел: "Опять?!" — и Андрей быстренько заткнулся. К тому же снова начались дожди, да ещё с грозами, и стало совсем ни до чего. Удержать бы стадо. Между грозами сильно парило, бычки беспокоились, при первом же раскате грома срывались с места, и начиналась бешеная скачка. Подчинять их себе становилось всё труднее.
— На глазах вредничают, скоты этакие, — Андрей вытер рукавом лицо, размазав грязь.
— Это они холощёные ещё, — засмеялся Эркин. — Были бы цельные, показали бы нам. И так, хлебанём на перегоне…
— Подожди, — Андрей оторопело посмотрел на него. — У них же вон, всё на месте.
— Так отрезать не обязательно, пережал там и всё.
— Чего пережал?
Теперь Эркин удивлённо посмотрел на него.
— Ты хоть знаешь, как это устроено?
Андрей медленно покраснел.
— Иди ты…! — выругался он и внезапно спросил. — А ты что, щупал?
— Ну да, — кивнул Эркин. — Если мы метки просмотрели, и там могли. Вообще-то холостят еще, когда на откорм отбирают. Ну, а тут, думаю, вдруг не то? И проверил.
— И у всех щупал, что ли?
— Ошалел? Пойди, пощупай у Шефа. Я потом твои кишки с мозгами по кустам соберу! — засмеялся Эркин. — Сам подумай, зачем у всех? Что у одного, то и у других.
Андрей сплюнул, а Эркин задумчиво продолжал.
— Это хорошо, что они уже холощёные.
— Чего так?
— Гнать легче. А сейчас их холостить, перед дорогой, так это умучаешься.
— А ты… делал?
Эркин кивнул.
— Приходилось в имении. Кого на откорм оставляли и перед пастьбой. Ну, Грегори сам холостил. Я только подгонял и держал. И то, — он передёрнул плечами, — поперёк души было. Грегори только там пошутит, словами тебя побьёт и всё. А Полди… сволочь, беляк, он меня холостить заставил. А сам стоит рядом и ржёт, и шуточки всякие… — Эркин выругался. — Ох, и искали его в освобождение. Да смыться успел.
Успокоившиеся бычки сосредоточенно хрупали травой. Подлюга поднял из травы голову, и Эркин показал ему лассо. Подлюга отвернулся, перешёл на несколько шагов вглубь стада и снова занялся травой.
— Во скотина! — засмеялся Эркин. — Это они ещё дерутся редко.
— Ну да! Мало мы их разгоняли?
— Не видал ты, что быки по-настоящему творят.
Издалека донёсся свист. Они удивлённо переглянулись.
— Фредди?
— Чего это он?
— Опять что ли спину прихватило? — усмехнулся Эркин и ответно свистнул.
Но молодецкая посадка вылетевшего из зарослей всадника исключала всякие подозрения насчёт здоровья.
— Здорово, парни!
— Привет, — ответили они в один голос.
— Надолго к нам? — сразу спросил Андрей.
— На ночь, — ухмыльнулся Фредди.
— Чего так?
— Случилось что? — Эркин охлопывал пританцовывающую Резеду.
— Как сказать, парни, — хитрая улыбка никак не хотела уходить с лица Фредди. — Значит, так. Джонатан запустил котельную и движок. Есть электричество, и работает душ. Так что дуйте прямиком. Утром вернётесь.
— Уж ты! — изумился Андрей.
Эркин кивнул и внешне очень спокойно сказал.
— Обернёмся раньше. Если сейчас, то до темноты.
— Давайте сейчас, — кивнул Фредди.
— А ты того… удержишь их один? — спросил Андрей.
