- Если так же думал и Кабанов, а думал он так же, если мы правильно определили предпосылки, то скорее всего Кабанов и решил самостоятельно отомстить этому самому начальнику фонда, потому Кабанов и промолчал о портфеле, чтобы не вводить этого начальника в круг интересов правоохранительных органов, а втихаря расправиться с ним самому, да и концы в воду. Хотя, все это, конечно, опять же воздушные замки, фантазии, но тем не менее наиболее правдоподобные фантазии, и за неимением лучшего постараемся воспользоваться тем, что имеем наиболее эффективно, воспользуемся нашими фантазиями в разговоре с Кабановым, чтобы расколоть его по полной.
- Так мы что, сейчас едем к Кабанову?
- К нему.
- А как же Станкевич?
- А где сейчас Станкевич?
- Как это где? - посмотрел удивленно Савчук на Полозова. - Вы же сами только что говорили, когда вам позвонили, что его взяли. В СИЗО он, наверное, а где же еще.
- Правильно, в СИЗО. А куда он денется из СИЗО?
- Да никуда.
- Правильно. А ему что-то угрожает в СИЗО.
- Да ничего, вроде.
- Правильно, ничего. А Кабанов у нас, согласно нашим же рассуждениям, сейчас самый животрепещущий элемент, много знающий и представляющий опасность как для самого себя, так же для следствия и для преступников, поскольку Федя может и сам натворить глупостей и пустить следствие по ложному следу, помешать следствию; и преступники, если они не кретины, могут понять, что Федя наиболее ценный свидетель, знавший о портфеле, и убрать Федю, а преступники, судя по всему, не кретины. А Федя у нас где? На свободе! Так что летим на всех парах к Феде! А потом уж и на Станкевича посмотрим. Никуда от нас Станкевич не денется. Согласен?
- Согласен, - кивнул головой Савчук. - А куда именно мы сейчас поедем, опять домой к Кабанову?
- Да, туда именно. Если мне не изменяет интуиция, а она мне редко пока что изменяет, Федя должен два-три дня после случившегося залечь в своей берлоге, изредка, конечно, выбираясь на свет божий за очередной порцией водки. Так что, едем сейчас к нему, он дома. Хочешь поспорим на бутылку коньяка?
- А зачем вам бутылка коньяка? Вы же не пьете, - сказал Савчук и осекся, вспомнив, что все знали, как одно время Полозов довольно-таки прилично запил после того, как его бросила жена из-за нежелания майора устроиться где-нибудь на возможно более денежное место в перестроечные времена. Но после того, как период, когда майор, по его же собственным словам, дал слабину с алкоголем, он моментально и бесповоротно бросил пить и к спиртному уже не притрагивался. Поэтому напоминание о статусе непьющего Полозову было не только констатацией данного факта, но и напоминанием о его причине. И Савчук, поняв это, виновато отвернулся и стал "внимательно" следить за дорогой.
- И действительно, зачем мне бутылка, - как ни в чем не бывало улыбнулся Полозов, бросив лукавый взгляд на Савчука, который понял, что зря подумал, что майор по данному вопросу испытывает какие-то комплексы.
- Я вот только чего не пойму, - уже спокойно взглянул Савчук на майора, - вы говорите, что Кабанов может подумать, что в убийстве Басова замешан начальник фонда госимущества, как я понял?
- Ну да, говорю, а в чем проблема?
- Да вы говорите так, словно сами не верите в то, что это может быть на самом деле. Вы и вправду не верите, что это может быть на самом деле?
- Почему же не верю, очень даже верю, что это может быть на самом деле. Но в отличие от Кабанова, я пока что не верю в то, что это единственный вариант того, что могло быть на самом деле. Начальник фонда мог, конечно , то ли непосредственно, то ли косвенно, быть замешан в убийстве Басова. Но мог ведь и быть не замешан. Это могли быть просто конкуренты Басова, решившие отобрать у него Припортовый завод. Не будет у Басова компромата на начальника фонда - не будет, соответственно, и влияния на него; а будет компромат в руках конкурентов - будет, соответственно, у них и влияние на этого начальника, да еще если не будет в живых самого Басова, то задача еще упрощается многократно.
- А если Припортовый завод уже полностью и окончательно на всех законных основаниях принадлежит Басову?
- Саша, не смеши меня. Ты что, не знаешь, как это делается в наше время - решение суда о незаконности приватизации, и путь к новой приватизации расчищен.
- Почему же не знаю, прекрасно знаю я как это сейчас делается, рейдерская атака это называется. Но я не об этом. Я о том, что в случае законной принадлежности Припортового завода Басову, а Басов умер, то завод переходит в полное законное владение, в собственность его наследников.
- Ах, вот ты о чем, - проговорил майор тоном, по которому Савчук сразу же понял , что, как он и думал, предположение вызвало у Полозова замешательство, так как еще утром, при разговоре с вдовой Басова, было видно, как говорится, невооруженным глазом, что Лариса вызвала у майора симпатию, да и самому Саше она пришлась по душе. А кто наследник Басова?
- Ну что же, будет видно, - Полозов как бы смахнул с себя мимолетное
сомнение. - Пока что ничего определенного сказать не могу. Будет вид-
но...
4.
