Мила обиженно поджала губы – таким мужа она еще не знала. На смену милому и послушному мальчику пришел расчетливый прагматик. Было неясно, чем это чревато…
Телефон снова ожил. Мила вздохнула и примерила забытые украшения. Шаловливая мысль, что в ней есть что-то и от царственной Клеопатры, придала уверенности в себе. Губы оживила торжествующая улыбка. Она поправила колье с серьгами и с видом победительницы украсила руки кольцами и браслетами. Выбрав духи, нанесла несколько крошечных капель на ложбинку в груди и распахнула шкаф. В гостиной и на столике у трюмо попеременно звонили телефоны, но Мила не обращала на настойчивые трели ни малейшего внимания, придирчиво изучая содержимое гардероба. Достала шикарную рубиновую тройку – стильно, дорого, ее цвет, но не по случаю. Немного подумав, отвергла коктейльное коралловое платье и золотистый кардиган – слишком вызывающе для интимного вечера. Та же участь постигла элегантную брючную пару цвета спелой вишни, лиловую блузу с мини-юбкой и серебристый твин-сет. Свой выбор Мила остановила на классическом наряде из черного струящегося бархата, привезенного из первой восточной экспедиции. Несколько мгновений размышляла, не слишком ли строго, но вовремя вспомнила несравненную Коко Шанель с ее пророческими словами о маленьком черном платье. Оно идеально подчеркнуло достоинства ее заметно постройневшей фигуры. Мила отложила в сторону жемчужное ожерелье – любовному свиданию ни к чему помпезная роскошь. Погасив настольную лампу, направилась к лестнице. Заметив краем глаза в рабочем кабинете мужа открытую папку с документами, хотела задержаться, но передумала, неторопливо спустилась в гостиную, села в уютное кожаное кресло и откинулась в приятном ожидании. Когда с улицы донесся скрип открываемых ворот, Мила спешно поправила прическу и скользнула благодушным взглядом по своему отражению. Небрежно стряхнув с одного плеча бретельку, она надела на лицо очаровательную улыбку и, не спеша, двинулась навстречу мужу. Взгляд искусительницы скользнул по зеркальному столику с любимыми бокалами из богемского стекла и внезапно потускнел. Вот досада – забыла ароматические свечи! Она спешно поднялась.
Саша шумно ввалился в дом с роскошным букетом роз в одной руке и охапкой дров в другой. «Есть кто живой?» – скорее риторически уточнил он. О ноги хозяина услужливо потерлась кошка. «Бросили мы тебя, Маня, на произвол судьбы», – Саша отложил цветы в сторону и достал из кармана баночку мясных консервов. Кошка от радости замяукала громче. «Не грусти: скорая кошачья помощь доставила тебе много вкусностей», – он прошел вглубь, открыл мурке консервы и выложил их в блюдце. Маня доверчиво заурчала, благодарно лизнула хозяйскую ладонь и жадно набросилась на еду. «Голодаешь тут одна-одинешенька», – Саша присел и погладил кошку. Мурка выгнула спину, подставляя ласке тощие бока, доверительно заурчала, но не нашла в себе сил оторваться от угощения.
Появившаяся со свечами Мила хотела возразить по поводу кошачьего одиночества, но муж, разговаривая с любимицей вслух, доверчиво сообщил: «Сейчас разведем огонь, зажжем свечи и будем ждать нашу распрекрасную даму». Он присел у камина и задумался.
Мила бесшумно спустилась на пару ступенек вниз и приготовилась сообщить, что уже готова к романтическому свиданию, но отчего-то снова сдержала себя, продолжая украдкой наблюдать за тем, как муж выложил поленья горкой, чиркнул каминной спичкой и, поеживаясь, приблизил к огню ладони.
– Замерз? – участливо уточнила жена.
– Да, – вскочил от неожиданности Саша. – В нашем доме не хватает тепла.
Он решительно обернулся, намереваясь продолжить пикировку, и замер: в неярком свете бра и загадочных переливах зеркал Мила походила на дивное божество. У Александра даже перехватило дыхание, так она была хороша. От него не ускользнуло, что фигура и лицо жены вновь побывали в умелых руках пластических хирургов, и их очередное вмешательство не пошло ей во вред.
– Браво очередному Пигмалиону от медицины! – собравшись с мыслями, выдавил супруг, цитируя фразу из подзабытого фильма: – Ты выглядишь на миллион долларов.
– Расчет был именно на это, – игриво поведя холеными плечами, подыграла Мила. – По-моему, врач лишь оттенил то, чем меня щедро наделила природа, – она царственной походкой спустилась вниз и страстно обняла мужа. – Давай согрею…
Головокружительно пахнуло дорогим парфюмом и свежестью Елисейских полей. Жена помогла ему избавиться от куртки, спешно стала расстегивать пуговицы пиджака и подставила щеку для поцелуя. Саша с головой утонул в аромате любимых духов и на мгновение потерял контроль над собой. Эта женщина умела удивлять его даже тогда, когда до разрыва оставалось, казалось бы, всего ничего. Что-что, а привораживать его ей удавалось всегда! Александр рывком прижал жену и торопливо коснулся ширинки.
– Погоди, – она таинственно кивнула на столик, не упуская возможность отпустить очередную колкость: – Немного вина, чтобы согреть если не дом, то хотя бы тебя.
