Именно Жизнь тогда предложила натравить на Академию Всадников Апокалипсиса, считая, что тем удастся достаточно ослабить врага. Лемур должен был пасть, ведь лишился главного своего руководителя — Шархана. Никто не ожидал, что двум Маренам удастся изменить ход событий, взять под контроль управление Академией. Н кто не ожидал, что Шархан нашёл легендарную Косу и смог каким-то чудом сохранить ее для своей супруги. Никто не ожидал, что Витторина раскроет свои способности. Миранда закричала, гневным взглядом разнося очередной бетонный блок. Чертов Шархан. Его ошибка могла бы стать фатальной для Академии — он не ликвидировал Гренделя.
Боль нарастала, вытаскивая из Катарсиса. Миранда желала власти. Она желала установить свой порядок. Но боль не позволяла больше окунуться в воспоминания, понять одну из Марен.
Сквозь пелену плотного тумана, Витторина смутно узнала свой собственный крик полный боли и разочарования. Горячая ладонь заставила отступить боль.
— Тем?!
Она силилась это сказать, но губы не слушались. Но по тому как пальцы оборотня сжали ее ладонь, стало ясно что он ее услышал или по крайней мере понял. Присутствие Беркутова успокаивало и облегчало ужасное состояние. Внутренности будто горели, но постепенно стало ясно — тело излечивает себя. И лишь невероятная жажда в саднящем горле отключала сознание. Зубы чесались будто изнутри.
— Я рядом, — спокойный голос оборотня заставил тело вздрогнуть. Также по щелчку полностью ушла боль. Это было странно, но в тоже время принесло несказанное облегчение.
— Я не брошу тебя, монстрик Франкенштейн. Мы со всем справимся.
— Спасибо, — это вышло практически беззвучно. И снова сознание накрыла темнота.
Ненависть Миранды озадачивала и ошеломляла. Она ненавидела новый порядок, ненавидела Кронос. Она ненавидела и презирала тех, кто встал на ее сторону. Видения. Они полностью оправдывали своё название — видели лишь видения, уходя в мир иллюзий, позволяя тем самым собой управлять. СБДМ вызывал стопроцентную зависимость с одной таблетки, не позволяя больше никогда себя бросить, заставляя прятаться в своём сознании и подчиняться. Нет ничего лучше, чем слабое сознание.
