– Да, что угодно, но одно наверняка – это серьезно. В Крепости мы были защищены от подобных болезней, а здесь мы практически ничем не можем помочь.
– Вадим… – прохрипела Ева.
– Он не медик и не будет рисковать, пытаясь спрашивать лекарство у кого-либо. Это будет крайне подозрительно. А вот, Леонид, его друг у него, однозначно, есть доступ к лекарствам. Может Вадим попросит у него.
– Попросить то, может и попросит, но надеяться на помощь не стоит, – сказал Андрей. – Поэтому я предлагаю сворачивать нашу операцию и возвращаться в деревню.
– Нет! – крикнула Ева и снова закашлялась. Она схватила мужа за рукав и стала яростно мотать головой.
– Не думаю, что это хорошая идея, – поддержал Гера протест сестры. – До деревни путь не близкий, она не дойдет. Да, и в самой деревне что? Кроме той же травы, у них нет никаких лекарств.
– Понесем ее по очереди на руках, если понадобиться! – Андрей вскочил на ноги и стал размахивать руками. – Отсутствие лекарств компенсируется теплой постелью, нормальной едой и отварами. «Непослушные» не один год там живут и, ясное дело, научились справляться с хворью. А вы что предлагаете, остаться здесь и смотреть, как ей становится все хуже? Сам сказал, что это серьезно, а значит само собой не пройдет.
– Давай хотя бы дождемся прихода Вадима.
– Ты ведь написал ему? Он что ответил?
– Ничего. Только сказал, что сегодня придет позже обычного. Но нам в любом случае необходимо его дождаться и ещё есть Таня и ваш ребенок. Мы не можем сейчас уйти. Помнишь про вакцинирование?
Андрей кивнул, затем посмотрел на Еву и увидел взгляд, в котором смешались боль, отчаяние, тревога и злость, снова направленная на него.
– Я просто сильно боюсь за тебя! – оправдываясь, прошептал он Еве.
– Мы не оставим его снова, – было видно как тяжело ей досталось произнесение даже этой короткой фразы, и Андрей в который раз подивился ее внутренней силе.
– Хорошо, дождемся Вадима, а там будет видно. Если нужно будет, я сам пойду и ограблю больницу.
Ева успокоилась, вымученно улыбнулась и, снова сделав несколько глотков, допила уже полностью остывший отвар.
– Сделаю ещё, – сказал Андрей и ушел.
Никогда ещё день не был таким мучительно длинным. Еве не только не становилось лучше, а даже наоборот. Жар усиливался, и она периодически бредила. Это были бессвязные едва различимые слова и фразы, выдыхаемые ее израненным горлом, чаще всего слышалось имя «Аня». Парни постоянно заставляли ее пить то отвар, то слегка подогретую воду, два раза переодевали ее пропотевшую насквозь, в последний раз уже в одежду Андрея.
– Как ты? – появившийся к ночи Вадим, промчался мимо Геры прямо к Еве, лежащей на коленках у мужа.
– Кажется, жива, – после некоторой паузы тихо ответила она. Ей действительно несколько часов назад стало легче, температура спала, взгляд казался более осознанным, однако припадки кашля никуда не ушли.
– Тебе удалось достать лекарства? – угрюмо спросил Андрей.
– Да. Принес жаропонижающее и какой-то порошок для горла. Леня сказал, его нужно в небольшом количестве теплой воды развести и выпить одним глотком. – Вадим протянул кулёк подошедшему Георгию, продолжая безотрывно смотреть на Еву. – Что я ещё могу сделать?
Девушка покачала головой из стороны в сторону и слегка улыбнулась. Опираясь ладонью на ногу Андрея, девушка села как можно удобнее.
– Таня, – прошипела она, посмотрев на Андрея. – Давайте.
– О чем это она? – несмотря на почти кромешную темноту, Андрей кожей чувствовал гнев бывшего учителя.
– Завтра ночью Таня бежит из дома Грёз. Мы решили это вчера, но, даже несмотря на свое состояние. Ева не хочет откладывать.
– Бежит? Завтра? – удивился Вадим. – Как? Вы что-то придумали? Министр в этом участвует? Почему вы мне не сообщили? – Бывший учитель закидывал Андрея вопросами и с каждым последующим его тон становился все громче и громче.
– Ты можешь потише? – спросил подошедший к ним Гера. В руках у него была кружка и ещё маленькая продолговатая капсула. Он присел возле сестры и протянул ей лекарство. Девушка безропотно приняла все из рук брата, после чего снова облокотилась на плечо Андрея. – Давай, отойдем и я тебе все расскажу, а потом свяжемся с Таней. Андрей, присоединишься?
– Чуть позже.
– Хорошо, – ответил Гера и практически силой увел Вадима от больной. Когда тени учителя и Георгия исчезли в темноте, Андрей сильно прижал Еву к себе и произнес:
– Мы все сделаем, от тебя нужно только одно – поправиться!
Она ничего не ответила, только провела ладонью по его лицу, шее и остановилась на груди. Раньше она часто так делала – слушала биение его сердца, говорила, что так она лучше понимает слова и мысли. Андрей никогда до конца не понимал эту фразу, но всегда воспринимал подобный ее жест как нечто сверхинтимное. Вот и сейчас были только он и она, вместе.
Андрей присоединился к парням, как только Ева уснула. К этому моменту Георгий рассказал Вадиму все подробности их плана.
