- Пока не все. Два следователя из группы по расследованию этого убийства пытаются обратить внимание следствия на вопиющие нарушения законности. Вот запись того, как следователь Макарова снимает показания у Елены Монастырской, - снова последовала значительная и продолжительная пауза. - Оба следователя тут же оказываются в розыске, вчера вечером их со стрельбой пытались захватить в парке Горбунова. Вот отчет о неудачном захвате. Подняты на ноги ФСБ и СБП. Обо всех этих фактах следователи, безусловно, готовы дать показания. Но это в том случае, если их еще удастся обнаружить…
Поливода отпил воды.
Президент, обдумывая факты, сидел неподвижно и смотрел на разложенные перед ним бумаги.
Секретарь Совета безопасности поставил стакан на место:
- Далее. Вот фотоснимки прошлого года, где ваша дочь в обществе этого Смоленцева отдыхает на юге в интимной обстановке, - Поливода эффектным жестом разложил фотографии веером. - На людей произведет большое впечатление, что Елена отдала приказ уничтожить своего бывшего любовника…
Президент нажал кнопку селектора и сказал:
- Вызвать сюда Кожинова, быстро.
Поливода сказал тихо:
- Генерал Кожинов убит сегодня при попытке сопротивления обыску у себя на даче. Эти документы изъяты у него из сейфа.
Из селектора раздалось:
- Только что получено сообщение, что Наум Степанович убит у себя на даче.
Глаза Президента наливались гневом:
- Это переворот, Гриша, ты у меня сейчас пойдешь в Матросскую Тишину.
Поливода дерзко улыбнулся:
- С удовольствием. Но…
Президент смотрел на него тяжело:
- Что еще?
- Вместе с Липкиным мы записали совместное обращение по поводу беззакония, которое творится в Кремле.
Как только я окажусь в камере, это обращение приобретет особую убедительность.
- Все?
- Все!
- И что ты мне хочешь предложить?
Поливода прошелся по кабинету с видом хозяина:
- Тихий мирный уход без позора… Сегодня до девяти часов ты должен сообщить, что ложишься на операцию по поводу болезни сердца, что врачи запретили тебе предвыборное турне. Далее - ты выводишь свою кандидатуру из списка кандидатов на новый срок, - голос Секретаря Совета безопасности окреп. Поливода не просто перечислял условия, он диктовал. - Если до девяти заявления не будет, то пойдет в эфир наше. Если будет перекрыт эфир, то завтра в сотнях газет будет это заявление.
Президент тяжело сгреб бумаги и кассеты со стола:
- Вот что. Я поеду к себе в Завидово и просмотрю все это дерьмо. Надо подумать, - трудно давались Президенту эти слова. - К вечеру дам ответ.
- Я приеду в восемь.
- Век бы тебя не видеть, Гришка Отрепьев…
Уходи.
Как только Поливода вышел, Президент приказал в селектор:
- Машину в Завидово, к машине вызовите заместителя Кожинова - Карпика, пусть возьмет кого-нибудь из технического отдела, мне нужно проверить подлинность документов и звуковой пленки.
Связь отключилась. Президент еще минут пять сидел в глубокой задумчивости. Бондарович и Макарова, 7 часов вечера, 26 марта 1996 года, "уединенный отдых у озера"
С трудом унеся ноги из дачного поселка на генеральской машине, Александр и Виктория проехали до кольцевой. Машину бросили там, а сами поймали частника, чтобы доехать до "уединенного отдыха".
Который день судьба то сплетала кольца вокруг них, то распускала эти кольца, позволяя вздохнуть свободно, потом снова скручивала в узел.
Виктория и Александр устали от этих внезапных перемен.
Они забрались к себе в комнату и долго курили, сначала молча, потом тихо разговаривая о последних событиях.
Набравшись сил и мужества, они попросили принести в комнату что-нибудь из еды, видеомагнитофон и начали тщательный просмотр материалов.
Помимо записи во время убийства, на кассете оказалось несколько важных вещей. Отдельно были смонтированы кадры входа и выхода Поливоды вместе с неким капитаном в форме, в котором Виктория и Александр узнали человека, стрелявшего в них на даче несколько часов назад.
Виктория сказала с полной уверенностью:
- Да, я видела этого человека и в Кремле, нетрудно будет найти его личные данные по нашим документам.
- Окажется какой-нибудь спецназовец ГРУ, - предположил Александр. - Там особый упор делается на диверсионные работы, на убийство голыми руками - как в наших случаях. В основном там солдаты срочной службы, офицеры - только инструкторы. Черствее людей не бывает.
- Вот и последнее лицо этой трагедии, - заметила Виктория, - исполнитель.
- Давай дальше.
Потянулись кадры оперативных съемок. Частью озвученных, частью снятых издалека и весьма скверного качества. Смысла многих из них ни Виктории, ни Александру при всем желании понять не удалось. Ясно было, что везде речь шла о сепаратных, тайных, несанкционированных переговорах некоторых лиц, стоящих у власти, с руководством оппозиционных партий и с теневыми лидерами.
Нашлись там и кадры встречи с Семеном Липкиным.
Были запечатлены встречи в неформальной обстановке с военными, хвастливые застолья, неуважительные характеристики Президента, обговаривание условий явно корыстных сделок.
Виктория утомленно поморщилась:
- Полный букет, Александр. Можно не продолжать.
Это надо смотреть Президенту.
