«Анекдоты о императоре Павле Первом, самодержце Всероссийском» — книга Евдокима Тыртова, в которой собраны воспоминания современников русского императора о некоторых эпизодах его жизни. Автор указывает, что использовал сочинения иностранных и русских писателей, в которых был изображен Павел Первый, с тем, чтобы собрать воедино все исторические свидетельства об этом великом человеке. В начале книги Тыртов прославляет монархию как единственно верный способ государственного устройства. Далее идет краткий портрет русского самодержца. В последующих главах Павел Первый показан в общении со своими подчиненными и подданными.Об Евдокиме Тыртове почти ничего не известно, кроме того, что на протяжении 1806–1809 годов вышло ряд его произведений: «Жизнь графа Андрея Ивановича Остермана, министра Петра Великого», «Историческое похвальное слово графу Борису Петровичу Шереметеву», «Разговоры в царстве мертвых Суворова с Хароном, Фридриха Великого, короля прусского с его генералами — Кейтом и Шверином, Петра Великого с Фридрихом Великим и с Суворовым», «История о князе Якове Федоровиче Долгорукове».Книга Евдокима Тыртова будет интересна современному читателю отличающейся от официальной историографии точкой зрения на личность и деятельность Павла Первого.
Ее императорскому величеству всеавгустейшей монархине, всемилостивейшей государыне императрице Марии Федоровне с благоговением посвящает издатель
МОНАРХИНЯ!
Издатель с благодарностью примет замечания на сии «Анекдоты» почтенных читателей, которые, пламенея любовью к Отечеству и покойному императору, конечно, не оставят показать ему, чего недостает в них и что должно прибавить.
Можно ли, чтоб правнук Петра Великого и сын Екатерины Великой, — более, чтоб славный император россов, каков был Павел, оставался неизвестным? По крайней мере никто еще в нашем Отечестве подобного сему не писал о нем.
Кто только лишь имеет, говорит Вольтер, что касающееся до чести царя, основанное на истине и заслуживающее внимание общества, то должен издавать в свет. Сего требует польза и слава народов.
Все то, что я имел счастье слышать и читать о покойном государе, может быть не многим известное, все то выдаю в свет без всяких излишностей и пристрастия.
Внутреннее признание к достоинствам исполняет нас благоговением к тем мужам, которые, обладая миллионами людей, управляя скипетром с кротостью и правосудием, соделали из них многие тысячи счастливыми.
Павел Первый, ревностно к добру расположенный, по любви своей к народу и Отечеству, по добродетели и редким качествам, сохранил образ свой в душах, ему обязанных. Память его будет вечно благословляема потомством.
Издатель почтет себя счастливым, когда кто из читателей сообщит ему что служащее к продолжению сих анекдотов.
Какой государь в столь краткое время своего царствования прославил себя так, как император Павел Первый?
Не прошло и трех лет по вступлении на престол, как имя его стало известно самым отдаленным краям света. Звук его оружия прогремел на высочайших горах Европы и Азии. Народы Востока узнали его добродетель, предприимчивость, кротость и благосклонность; самые оттоманы, по вере и просвещению лютейшие враги России, были его друзьями.
Запад, удивленный победами, с изумлением взирал на победоносные его армии, которых совершенно он был достоин и которых рачительною, можно сказать, беспримерною дисциплиною приуготовил к той славе, какую приобрели они в его царствование. Он первый из российских государей прославил себя победами над народом, до наших времен почитаемым целою вселенною. Самые галлы были несчастною жертвою справедливой воли Павла Первого.
Север, сколько законами, столько и щедротами убежденный, признал его достойнейшим из царей своих. При имени императора всякий из нас ощущал в сердце своем трепет страха, любви и повиновения.
Павел Первый росту был невысокого, но походку имел гордую, вид величественный; сила и деятельность оказывались во всех его упражнениях; взор, исполненный живости и огня; голос громкий, произношение сановитое; мысли свои выражал с жаром, но свободно, кратко и сильно; словом: при первом на него воззрении всякой чувствовал к нему высокопочитание со страхом и любовью.
Как сын великих родителей он оказывал во всех делах своих прозорливость и добродетель, премудрость и умеренность. Его снисхождение и непринужденность в обхождении привлекали сердца всех к нему приближавшихся.
От выгод отличного воспитания имел он настоящее понятие о науках и потому всегда был щедрым покровителем ученых; он помнил уроки своих наставников. Едва принял присягу от армии и народа, как стал помышлять о воздаянии последнего долга скончавшейся своей матери; все жители столицы имели случай видеть истинное человеколюбие, смешанное с сыновнею любовью сего отличного государя. Он без всяких знаков отличия, приличных даже и в таких случаях самодержцам, в простом глубоком трауре со всею фамилиею провожал вынос до церкви Петропавловской крепости.
Любовь его к подданным превосходила всякие пределы понятия; она, можно сказать, была его душою. С какою неутомимою ревностью занимался он трудами правления! Кто бы другой захотел облегчить тягость его короны и подвергнуться тем законам, какие в рассуждении сего император предписывал себе!
