Он навис надо мной, оперевшись одним коленом на мягкий диванчик, установив руки по обе стороны, удерживаясь ими за спинку, заключил меня в плен. Белоснежная рубашка с расстёгнутой верхней пуговичкой оттопырилась вместе с полами пиджака, беспощадно приковывая моё внимание к виду открывшейся вздымающейся груди. Сглатываю ком в горле и пытаюсь отвести взгляд на рядом стоящий канделябр, но притяжение настолько велико, что как левитирующий магнит, возвращается назад в точку неустойчивого равновесия. Мой затуманенный рассудок отказывался воспринимать происходящее.
— Боже, Лина, прекрати буравить меня своим жгучим взглядом. Иначе мы сейчас же отправимся обедать ко мне домой.
— Нн. не стоит… — очнулась я, встречая его опьяненный взор.
Дима отстранился и выровнялся в полный рост, подтверждая своим видом только что сказанные им слова. Щёки вспыхнули мгновенно, когда глаза уставились на брюки чуть ниже пряжки ремня.
— Кхм… кхм… — официантка вежливо привлекла к себе внимание. — Вы позволите обслужить вас?
— Да, конечно. — Демон, как ни в чем небывало, без зазрения совести, обошёл столик и присел напротив меня. Ему было наплевать на свой стояк, в то время, как я сгорала от стыда перед такой же смущённой девушкой.
— Я отвезу тебя на занятия. Когда у тебя последний экзамен?
— Через неделю. Сегодня занятий больше не будет.
— Вот и отлично. Карта у тебя есть. Подберёшь себе платье для венчания в церкви и всё что понадобится. Я позвоню маме, она заедет за тобой в ресторан. Если хочешь, пригласи Оксану.
— Дима, я не хочу свадьбы. То есть хочу, но только на двоих. Мы обвенчаемся и закажем фотосессию. Хочу эффектную большую фотокартину в нашу спальню, и другие в квартире повесить. Ты же не против?
— Нет, милая, не против…
Наш разговор нарушили официантки, расставляя перед нами ароматный заказ. Я так проголодалась, что не стала дожидаться приглашения мужа и принялась пробовать вкусно пахнущее блюдо. Прожаренные, сочные куски говядины вызвали слюнки желания, которые тотчас же подступили к горлу.
Дима молча разрезал свой стейк и отправил кусочек в рот, наблюдая с интересом за тем, как я расправлялась со своим.
— Ты очень худенькая, Лина, мало ешь и много двигаешься.
— Ты о чём? — удивлённо взглянула на мужа, откусывая листик от зелени, которую подняла с тарелки и держала в руке.
— Я о том, что пора бы тебе начать правильно питаться и больше отдыхать. Когда у тебя репетиция с Андреем назначена?
От удивления мои глаза широко округлились. Вилка с грохотом опустилась на фарфоровую посуду. Вчера утром поставил мне ошеломительный ультиматум: танцевать лишь для него в нашей общей спальне, а сейчас спокойным тоном интересуется о моём распорядке дня? Что такого должно было произойти этой ночью, чтобы Демон кардинально изменил своё окончательное решение??
— Я пока что не думала… об этом… — неуверенно произношу, хлопая ресницами, будто бабочка крыльями.
— Малыш, я знаю о чём ты сейчас подумала. — Дима взял мою правую руку в ладони и мягко погладил подушечками больших пальцев пару колец. Затем прислонился к ним губами и сосредоточено посмотрел на меня, будто бы пытался передать взглядом всю свою заботу и любовь, а также заверить в чём-то нереальном. — Единственный мужчина с которым я разрешу тебе общаться, это Андрей. Всем остальным желаю удачи не попадаться мне на глаза рядом с тобой!
— Давай начистоту! Что между вами вчера произошло? Почему ты поменял решение?
— Потому что я доверяю ему. — произнёс спокойно и снова принялся за обед.
— Потому что он гей? Причина только в этом? Ты доверяешь Андрею, а не мне, поскольку знаешь, что его предпочтения не относятся к женщинам? — сама не знаю, почему, но так давно хотелось высказаться на счёт его ненормальной ревности. Как бы я не пыталась удерживать свой длинный язычок за зубами, не могла.
— Лина, я доверяю тебе, но не доверяю другим мужчинам, кроме Андрея! — Дима отставил столовые приборы в сторону и внимательно посмотрел мне в глаза, слегка нахмурив свой лоб. — Я смерился с танцами не для того, чтобы ты сейчас на меня обиделась. Чем ты не довольна?
От его пристального взгляда я невольно заёрзала попой по диванчику.
— Значит всё таки смирился? Ты не можешь смириться! У твоей медали всего две стороны, милый, зависящие только от тебя: либо да, либо нет! Золотая середина в твоём случае не предусмотрена. Что вы с Соловьевым от меня скрываете? Даже он показался мне странным с утра. Хочу услышать правду.
— Это не моя правда. — твёрдо заверил меня. Оо… я ж теперь, вряд ли отстану.
— А чья?
— Танцора.
— Неужели женится? — с интонацией в голосе съязвила я.
— Развёлся!
— Чтооо?
— Черт! Лина! Ты хуже следователя способна развязать язык! — недовольно буркнул, проговорившись.
— Правду хочу! Имею право!
— Милая, давай ты с ним об этом поговоришь.
— Но я хочу говорить со своим мужем, а не с ним! Я хочу общаться с тобой. Хочу иметь общие секреты! Наши секреты! Что плохого в том, когда мы с тобой откровенно общаемся?
