Набирая темп, осторожно продвигаясь в ней в такт, такой нестерпимо тугой и влажной, доводящей до безумного умопомрачения. Её тело покрылось истомой, она была сосредоточена на своих ощущениях. Огастин украдкой наблюдал и понимал, что Челси получает истинное наслаждение, что дюже подзадоривало его, продолжая двигаясь равномерно в ней. «Моя, только моя», — проносилось у него в голове. Только его, и поэтому остальных рядом с ней быть не должно. После всей грязи ему казалось, что он коснулся чего-то чистого и светлого, что дарило щемящее чувство особенности.
Челси изо всех сил держалась чтобы не закричать, но дикие, неописуемые ощущения взяли верх и из её уст вырвался громкий крик наслаждения! И Огастин содрогнулся вместе с ней, словно их обоих окутала молния, ударяя всей своей электрической мощью.
Откинувшись на подушки, безмолвно лежали, каждый был в своих мыслях, при этом тяжело дыша переводили дыхание. Челси отвернулась в сторону, стыдливо пряча глаза после своего непотребного, на её взгляд поведения. Несомненно, ощущения несравнимы ни с чем и она сполна это прочувствовала!
— Мне необходимо принять душ, дабы остыть! — сказал он и от греха подальше поспешил уйти, иначе он за себя не ручается. Он бы делал с ней это неиссякаемо, но на вряд ли подобная перспектива понравиться ей.
Челси невольно взглянула вслед ему и заметила, как кожа его полностью бордового цвета. Его изгиба тела стали ещё массивней и острей, отчего невольно приоткрыла рот. Одна мысль, что она занималась сексом с дьяволом, получая от этого невероятное удовольствие, заставляло сердце биться чаще, а в низу живота отдавалось сладкой пыткой.
Перевернувшись на спину, её живот озарило из окна восходящее солнце и это повергло в состояние шока. В последствие чего она нервно засуетилась, перекидывая с места на место постельное бельё ища свой халат, чтобы прикрыться. Ведь ей совсем не хотелось так глупо попасться на глаза Огастина с этой ничтожной надписью на животе.
Надев халат, Челси не отпускало ощущение о каком-то упущение. Ходя, взад вперёд по комнате, в мыслях прокручивая все свои былые действия и не находя ответа, кошки все равно в душе нещадно пускали в ход свои когти. Головой вроде всё хорошо, а вот на подсознательном уровне зародившиеся сомнение не дают покоя.
Пока Огастин находился в душевой, Челси спешила найти корень сего беспокойства, нервно покусывая губы, в надежде унять свалившуюся пока ещё беспричинную проблему.
Озарение пришло внезапно и очень вовремя, пока Огастин не вышел Челси поспешила найти свёрток со свитером. Потому что переступив порог дома она позабыла о нём, относясь со всей своей несерьёзностью к этому. Неприятностей у неё итак в достатке, поэтому она нервно искала глазами по комнате, где по случайности могла оставить свой свитер.
«На входе стоит неприметная, старинная тумбочка, необходимо заглянуть в неё», — подумала Челси, лёгкими, на носочках шагами поспешив к ней. Первый отсек был пустой, второй… и Челси выдохнула, наконец найдя что искала.
— Ты что тут делаешь? — раздался голос Огастина за спиной.
Он вальяжно облокотился об угол стены рукой и смотрел подозрительно, в тоже время с ухмылкой на Челси.
Челси вздрогнула, дыхание перехватило, но быстро взяв себя в руки, ответила:
— Аа, я-я искала свою вещь, которую запамятовала куда закинула. Конечно, я уже нашла вот она, — протянула показав мельком бумажный свёрток. С дрожащими руками, пронося мимо Огастина окровавленный свитер в гардеробную, мысленно взмолилась, чтобы он не задал очередной вопрос.
— Что там? — стоило подумать Челси, как он спросил нахмурившись.
— Свитер прикупила себе для прогулок по городу, — обернувшись пролепетала на одном дыхании, продолжив идти.
Быстро бросив в более неприметный отсек в гардеробе, взяла полотенце и направилась принять душ. Успокоить нервишки в тёплой, душистой ванне сейчас Челси не помешает.
Молниеносно шмыгнув в ванну, очень стараясь больше не привлекать внимания Огастина, где Челси смогла вздохнуть полной грудью. Трудно представить, если б он решил заглянуть в бумажный кулёк, какие невообразимые проблемы ей бы это предоставило? Огастин чрезвычайно вспыльчив и повезло, что при этом излишней любознательностью не страдает.
Челси включила кран наполняться ванну водой, сама присела на край, задумчиво держа под струёй свою ладонь. В её воспоминания врезались жаркие объятия Огастина, и то с какой страстью он покрывал её кожу поцелуями. К щекам прилила кровь, словно их обожгло кипятком и они стали гореть. Эти моменты — особенные, незабываемые, трепетные.
