Он стал нервно натягивать на себя джинсы, а я завораживающе пялилась, не в силах оторвать взгляд. Натянув, он снова продолжил этот дотошный разговор.
— И ты действительно вот так повернёшься и уйдёшь? — вопросил он.
— Ты наверное забыл кто я и почему я выбираю жизнь других в ущерб своей? — вскинув бровь, задаю вопрос.
— Ты по всей видимости тоже забыла кто я! — со смешком выпаливает, натягивая свой чёрный свитшот — Собирайся, у меня для тебя подарок.
Я послушно собралась, взяв шарф и пальто в руки ждала у дверей Огастина. Хотя перспектива сюрпризов, меня пугала, сильно пугала, но больше спорить мне не хотелось, слишком уж энергозатратное мероприятие. Огастин вышел из спальни направился к выходу, схватив с вешалки джинсовую куртку, а я последовала следом.
Я была сильно удивлена, когда у парадных дверей стояла голубая как и прежде, сияющая от бликов солнца «Ламборгини». Огастин без лишних слов открыл мне дверь, следом направился за руль и завёл мотор, который издавал дикий рёв, со всей неистовостью, внезапно рванул с места. Сердце также неожиданно со всего размаху ухнуло вниз. Странно, что ещё волосы мои дыбом не стоят.
Огастин уверенно двигался вперёд не обращая внимания, что я белее белого от страха.
В этом сумасшедшем, скоромном ритме мы доехали. За весь путь я не обмолвилась и словом, хотя ругательств накопилось достаточно, но выйдя с машины я их мысленно пустила по ветру, чтобы не разойтись в ругательствах окончательно. Дышала успокаиваясь с каждым выдохом.
Приехали мы в замок Огастина, подарок, казался всё более странным. И что-то подсказывало, что не нужен он мне вовсе.
— Я не хочу этот подарок! — запротестовала от неизвестности.
— Тебе нельзя его не лицезреть, — раздражался Огастин.
— То есть моё мнение никого не интересует? — возмутилась вопрошая.
— Сейчас оно не уместно, пойдём, — взяв меня под руку, направились внутрь.
Мы зашли в большой зал замка и там вдалеке виднелись силуэты, с каждым нашим приближением мои ноги непослушно стопорились на месте, а Огастин настойчиво подталкивал вперёд. В белых одеяниях, с мешками на головах, на коленях стояли трое неизвестных мне людей, но что-то подсказывало, что я их хорошо знаю, до боли хорошо. За их спинами стояли чёрные ангелы и Огастин дал им указ убрать мешки.
Стражи природы? Мне не мерещится, это и правда они? Что происходит?
Я вмиг забыла, как дышать. Стражи природы видимо не меньше были ошарашены увидеть меня здесь, они округлили свои глаза, недоумевающе озираясь то на меня, то на Огастина.
Минуты, казалось, шли медленно, будто идёт замедленная съёмка. Мне не хотелось верить, что Огастин сотворил такой сумасшедший поступок, не ясно каким образом, забредший в его голову. Нелепее выходки сложно вообразить.
— Огастин, зачем они здесь? — протянула, ошеломлённо смотря на Стражей природы.
— Я говорил, что в небесном мире пора менять власть, не шутил, да и в целом я редко шучу, — невозмутимо заявил.
— Кто тебе дал такое право? — громко вопросила я.
Тот разговор за завтраком я помню отчётливо, что уж греха таить я и себе позволяла критиковать правила Стражей природы, но любому свойственно ошибаться, я не исключение. Парой их решения были строги, не оправданы и даже не справедливы к белым ангелам, но чтобы свергнуть — это слишком безрассудный удар по небесному миру! Может произойти дисбаланс между добром и злом, будет сложно восстановить всё, вернув прежнее положение дел.
— Прятаться за закрытой дверью — всегда страшнее, — холодно резюмировал он. — Пора выходить и на всё открыть глаза, Челси.
— Ты решил завладеть всем, чем только можно? Поразительно, до какой степени нужно быть одержимым психом, чтобы творить такую дичь? — я перехожу черту самообладания и выпалила оскорбление, отчего в глаза Огастина вспыхивают огнём и тут же гаснут.
— Тебе надо успокоиться, — с нотой протеста твердит.
— Мне? — возразила я. — Это тебе надо успокоиться и вернуть всё на круги своя, пока не стало поздно! — запускаю пальцы в волосы, пытаясь устоять на месте и не заходить взад-вперёд.
Переменчивый как погода, сегодня солнышко, а завтра гроза и как понять, где же он настоящий? От его нестабильности я изрядно устала.
— Каково быть планом дьявола? — раздался голос одного Стража, чей вопрос застал врасплох. — Только, одного не понимаю, почему жива? — наигранно задумался, потирая свою длинную, седую бороду.
Я посмотрела на него пронзительно, читая по глазам, что он знает больше, чем то что рассказывал мне Огастин. Знает, то что я хочу услышать, но в тоже время очень боюсь.
— Закрой свою пасть! — по всей видимости, врасплох застали не только меня.
Вены на лбу Огастина вздулись, бешено запульсировали, а глаза обрели кровавый оттенок. Твёрдой, уверенной походкой он направился к Стражам, но мой страх непоправимого вреда их здоровью заставил распустить крылья, перелетев и закрыть их своей спиной.
— Сначала разберись со мной? — решительно вступилась.
— Пусть вера нас так же хранит, как ты яро ополчаешься против меня за их гнилые души! — прошипел досадно.
